Ошибся.

— Здравствуйте, — Виталий подошел к ним и зачем-то козырнул. — Не подскажете, Матвеева здесь?

Женщина повернула голову и строго поглядела на Виталия.

— А вы ей кто, извините? — спросила она сухо.

— Ухажер, — Виталий развел руками. Откуда вдруг выскочило именно это слово — он вряд ли смог бы объяснить.

— Тот самый пропавший выпускник? — Виталию показалось, что женщина немного смягчилась.

— Ну, в общем, да, — решил не юлить Виталий. Все равно объяснять долго, да и незачем.

— Понятно. Матвеева сменилась в семнадцать ноль-ноль, вместе со всеми, — сообщила женщина. — Ищите там!

И махнула рукой куда-то прочь от ЗАСовской аппаратной и от воронки в центре лагеря.

Это Виталия несколько подбодрило — чем дальше от места падения болида, тем лучше. Меньше разрушений, а значит, меньше и жертв.

— Благодарю вас, — Виталий кивнул как мог учтиво и поспешил в указанном направлении.

Корабли там стояли кучнее, и были это в основном транспортные монстры-пятисотки, тяжелые и основательные. Чтобы нанести им заметный ущерб или хотя бы сдвинуть с места, требовался метеорит покрупнее того, что сегодня упал.

В итоге Виталий пришел к кордону «Вомбата» перед уже знакомой КШМ-кой, где совсем недавно совещалось командование, однако даже не успел вынуть пропуск — его нагнал «бобик» с покореженными дугами, но с уцелевшей ходовой. На заднем сиденье расположились уже знакомая женщина, Зоина начальница, и девушка, с которыми Виталий расстался всего несколько минут назад.

— Молодой человек! — обратилась женщина к Виталию. — Смену Матвеевой вызвали в резерв, так что не ищите, вы ее сейчас все равно не найдете. Я передала ей, что вы целы и невредимы. Резерв сменится только в полночь, не тратьте время попусту.

— Спасибо, — пробормотал Виталий и на этот раз зачем-то поклонился.

«Бобик» укатил, а Виталий остался перед кордоном со смешанными чувствами и нерешительностью в душе. Громилы из «Вомбата» глядели на него сочувственно-иронически.

«Что ж, — подумал Виталий. — Главное — Зоя жива и, судя по всему, не ранена. Обо мне она тоже все знает. Самое время вернуться к мастеру, вдруг понадоблюсь? Да и приказ…»

Он повернулся и сделал пару шагов к главной улице, но что-то его задержало и заставило обернуться.

Что-то лишнее в поле зрения. То, чего быть, по идее, не должно, хотя что это такое — Виталий пока и сам не осознал.

Он стоял посреди запыленной дороги, прямо между следов от протекторов, оставленных «бобиком», и глядел: на ребят из «Вомбата», закованных в тактическую броню, на КШМ-ку за их спинами, на другие корабли, уже не выровненные по ниточке, а сдвинутые с мест катаклизмом. Были среди них и накренившиеся, и опрокинутые.