Конечно, это не то, чему нужно учить девочек, но если Ада просит показать ей, как пробивать в щи с вертухи, то почему бы и нет?

Так или иначе, девочки меня отвлекли от пустых мыслей, и остаток дня до обеда прошёл в тренировках, а там уже меня взяли в оборот по инженерной части. Всё же, способность трансформировать материю, не повреждая нежные электронные внутренности, на нашем корабле весьма ценится.

Я даже и не заметил, как прошли эти три дня. Постоянно приходилось во что-то вникать, преобразовывать, чинить, усиливать. Разящий даже напряг Аду на Сеть, когда понял, что я не вытягиваю по знаниям и умениям.

И это потрясающе, особенно когда к Сети присоединился ещё и наш инженер. Третий бот, из кустарно слепленного творения, начал приобретать черты настоящего земного корабля. Хотя Лёха всё проклял, трансформируя нам материалы для работы. Подобные сложные сплавы дома не случайно предпочитают добывать и обрабатывать на специальных предприятиях. Слишком там много всего.

Но такая работа, это интересно. Что-то созидать для меня как отдушина, не говоря уже о том, насколько хорошо повышалось мастерство в трансформации, контроль и знания. Ада, правда, жаловалась, что у неё от нашей работы болит голова и вообще слишком сложно для ребёнка. Но, впрочем, Марьяна на это только усмехалась и отправляла девочку обратно. Учись, дескать.

Мы как раз хотели после завтрака заняться продолжением интересной работы, но вместо этого пришлось переться на мостик. «Кирпич» собирался выходить в обычное пространство.

Марьяна задумчиво хмыкнула, а я только раздражённо смотрел в экран, почувствовав только небольшое облегчение, от того, что гнетущее чувство искажением метрики закончено. На границе ощущений постоянно будто гул, очень раздражает. И накладывает ограничения на использование пространственных способностей.

— Фиксирую почти тысячу вымпелов в системе. В том числе больше сотни симбионтов, — оповестил нас Разящий, обрабатывая данные сканирования системы.

— Это что, типа засада? — поднял я бровь, демонстрируя удивление остальным.

Хотя в душе у меня начало подниматься бешенство. Чёрная злоба на этот долбанный мир, не дающий заниматься мне хорошими созидающими делами, а постоянно подкидывающий проблемы.

— Жирновато для засады на один корабль, однако, — хмыкнул Егор.

— Кровью умоются, пусть только вякнут, ссуки! — прорвалась из меня злость на всю эту обстановку.

Катя взяла меня за руку и мягко покачала головой. На что я посмотрел на неё, но, всё же, глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться. Она права, совсем глупо вспылил, слишком расслабился в последние пару дней. Я на секунду притушил эмоции воздействием на организм. Не время сейчас этому.