Ребята заканчивали завтрак в приподнятом настроении, а я, быстро доев, чтобы им не мешать своей недовольной рожей, прошёл в пустую рубку, где, сев в кресло, уставился на хмарь на экранах внешнего обзора.

Я люблю Землю и свою семью, но иногда вылезает сильная разница. Для меня всё это превосходство одних народов над другими по праву силы — дико. О, да, это всегда и везде было, но тут это как норма и совсем не маскируется. Одарённые и их с детства впитанное почтение к рангам и силе…

Даже Катя, которая не побоялась высказать в своё время Марьяне всё, что о ней думает, наступив на шею с детства усвоенному преклонению — дитя этого мира. Может именно поэтому тут именно я, рождённый впервые под другим небом? Как тот, кто однажды сможет сказать «стоп» такому подходу? Не знаю…

А пока я сидел и проверял маршрут и системы корабля. Всё же, мы тащим очень много лишней массы в пространственном кармане Марьяны. Наш грузовик, конечно, предназначен для подобного, но пятьсот тысяч тонн — это почти предел загрузки.

Тем не менее, всё хорошо. Древняя компенсировала массу собственными силами, мы наоборот летели даже быстрее, чем могли бы. Так что и тут не было ничего требующего моего внимания. На верфи мы должны быть уже через три дня, там подбираем оставшуюся младшую Воронцову с сыном и в темпе летим дальше.

Откинувшись в кресле, я проверил кто-где на корабле. В зале для тренировок с энергий прописались Воронцовы. Команда до сих пор что-то бурно обсуждала в столовой. Вздохнув, я неприкаянно прошёл в обычный спортзал и, переодевшись, начал бить грушу. Спокойно, шлифуя технику ударов и без всяких сверхспособностей.

Но на очередном ударе я слишком погрузился в собственные мысли, и кулак пробил твёрдый материал.

— Тьфу, пропасть! — выругался я и, приложив ладонь, трансформировал оболочку тренировочного снаряда обратно.

Похоже, не судьба мне уже жить, как обычный человек. Кроме тех моментов, когда я лишён всяких сил вовсе. Значит, будем тренировать способности, что уж тут. Пройдя на ринг, я замер, отпуская на волю свои силы.

Время начало сжиматься, превращая сотые доли секунд в секунды, десятки секунд. Минуты. Выдохнув, я отпустил время в обычную скорость. Для боя против разумных это даже чрезмерно. Но для космических скоростей всегда мало.

— Опять хандришь, Олег? Сейчас-то с чего? — спросила Катя, входя вместе с Адой в спортзал.

— Ничего важного, — отмахнулся я. — Вы тренироваться?

— Именно, братик. Ты так и не научил меня этому красивому удару ногой с разворота! — воскликнула девочка.

— Давай покажу, почему нет, — пожав плечами, согласился я с попыткой семьи отвлечь меня от лишней рефлексии.