— Как это? — изумился майор.

— А вот прямо так, как я сейчас сказал, — пояснил метрдотель. — Смотришь ей в глаза, и поджилки трясутся. Она к мужикам подкатывает, только когда в них пол-литра сидит. А если меньше, то они очень резко вспоминают, что их любимая жена в Саратове ждет, и трезвеют тут же.

— О как, — заинтересовался Лёха. — А что ж вы ее терпите тут? Она же вам так всю клиентуру распугает.

— Мы тут не решаем ничего. Она по звонку от самой Аэлиты Наумовны, — сказал метрдотель, пряча глаза. — И вот еще что, товарищ начальник. Вы поаккуратней с ней будьте. Слухи ходят, что клофелинщица она. Двух вахтовиков мертвыми нашли, с которыми она вместе уходила. Там не доказано ничего, врачи сказали, что остановка сердца, но тут в это не верит никто. Ну, не может одна девка двух здоровых бугаев до смерти заездить.

— Она во сколько обычно приходит? — спросил Лёха.

— После девяти появляется обычно, — обреченно ответил метрдотель. Его совесть была чиста. Он сделал все, что было в его силах, чтобы предотвратить грядущие неприятности.

— Постарайся, чтобы она ко мне подсела, — попросил его майор. — Скажи, что я особый гость заведения, и по деньгам не обижу.

— Рисковый вы, товарищ начальник, — скривился тот. — Нам тут проблемы с милицией не нужны. Может, вы с Аэлитой Наумовной поговорите сначала? Она же с нас шкуру снимет, если что… Да вы и сами, наверное, знаете.

— Поговорю обязательно, — весомо сказал Петров. Какое отношение имела к этой ситуации директор местного общепита, легендарная Железная Аэлита, одна из последних женщин, расстрелянных в СССР, еще предстояло понять. Вот только недавно по НТВ про нее передачу показывали. Настоящая акула была, а не женщина. Все рестораны и столовые Геленджика ей дань платили.

— Ей пока звонить не нужно, я с ней сам свяжусь. Но Лильку эту ко мне пришли, вот за этот столик. Ну, и сам понимаешь, столик не занимать…

— Слушаюсь, товарищ начальник, — склонился метрдотель. — Приятного вам отдыха! Но помните, если что случится, я вас предупреждал.

— Да не волнуйся ты так, она свидетелем по другим делам проходит. Я поговорю с ней, и все, — милостиво сказал Лёха. — И не звони никому, я сам со всеми свяжусь.

— Слушаюсь, товарищ начальник, — обреченно ответил метрдотель. — Все понял. Столик не занимать, накрыть на две персоны, Лильку сразу к вам. Откушайте пока. Фрикасе сегодня исключительно удалось. Все за счет заведения. И да, нам тут звонить никому не нужно. Аэлита Наумовна уже в курсе.

— Ты это о чем? — спросил Лёха, уже зная правильный ответ. И метрдотель не обманул его ожиданий. Он глубоко вздохнул и пугливо сказал: