— Мда, ведь чуть не влип, — растерянно сказал Лёха.
— Пожалуйста, — сварливо сказала старушка, так и не дождавшаяся благодарности.
Майор Петров оглянулся по сторонам, обозревая открывшиеся перед ним изумрудные поля (Новой Зеландии) в окрестностях Изенгарда. То, что это был именно он, любезно оповещала покосившаяся табличка, которая на куче языков говорила, что идти надо три километра направо. Впрочем, в ту сторону шла утоптанная дорога, по которой шествовали толпы существ разного возраста, роста, расы и гендера. И судя по виду некоторых созданий, гендеров тут было куда больше, чем два. Видимо, это очень крутая локация, куда попадали люди не только из постсоветского пространства. Гномы, эльфы, люди, хоббиты — все они шли к городу, острые шпили которого устремлялись в небо. Судя по всему, местные дизайнеры не сильно утруждались и слизали визуальный ряд целиком из одного известного фильма.
Три дня до Апокалипсиса.
У городских ворот бесновалась толпа неимоверного размера. Внутрь пускали по одному, обратно выпускали тоже по одному, но только после тотального шмона. А потому жидкий людской ручеек превратился в бурную реку, которая была готова прорвать тонкую плотину из цепи стражников. Закованные с ног до головы в блестящие доспехи рыцари стояли в красивых позах, охраняя покой граждан великого города. Белокурые локоны, без малейшего намека на перхоть, отмытые до хруста дорогущим шампунем, выбивались из-под золоченых шлемов, украшенных затейливой чеканкой. Мечи исполинских размеров висели, как им и положено, за спиной, держась там совершенно непонятным образом.
Шпили башен Изенгарда уходили в безумную высь и, казалось, пронзали ярко-синее небо, на котором не было и намека на облака. Видимо, все облака убежали в Мордор, чтобы скрыть от тамошней нечисти ласковое местное солнышко. У ворот города с грустным видом сидело штук тридцать драконов, которые провожали народ голодным взглядом и время от времени пускали вверх струю пламени, ловко хватая пастью зазевавшуюся птичку, поджаренная тушка которой камнем пикировала вниз.
Леха растолкал народ, тыча в носы и рыла невесть откуда взявшимся амулетом на золотой цепи, перед которым расступались волны живых существ, жаждущих попасть в заветные ворота.
— Чего маемся, служивые? — по-свойски подмигнул страже опер и засветил ксиву. — План «Перехват»?
— Он самый, — неохотно сказал отважный рыцарь, ненадолго оторвавшись от созерцания своей неописуемой красоты в соседней кирасе, которая по отражающей способности могла бы поспорить с зеркалом. — Эльфы Гэндальфу козырный жезл на днюху подогнали, а его увел кто-то. Вот, ищем.