- Ты серьезно, сын? - в голосе такое естественное и одновременно презрительное недоумение, что к горлу поднимается тошнота отвращения.
- Ева, - говорю негромко, протягивая руку в сторону к девушке, и она, помедлив, делает шаг вперед, дает мне свою ладонь.
Тут же сжимаю ее покрепче, просовываю себе под локоть, надеясь, что она вспомнит, о чем я говорил ей. В глазах матери мелькает интерес, который, впрочем, она тут же приглушает. Ну да, конечно, с тех пор как я повзрослел, она ни разу не видела, чтобы у меня был с кем-то контакт без перчаток.
- Позволь представить тебе мою мать, - сознательно нарушаю все правила этикета, давая понять, кто здесь для меня важнее. - Маргариту Владимировну Резанову. Мама, это Ева Андреевна. Мой личный помощник, мой секретарь, моя… девушка. С которой ты должна была познакомиться на благотворительном вечере, но как всегда решила по-своему.
- Марк, - еле слышное укоризненное от Евы, а затем она улыбается моей матери и говорит мягко: - Маргарита Владимировна, я рада познакомиться.
Я сдерживаюсь, чтобы не покачать головой.
Безнадежно. Она слишком добрая. Удивительно, учитывая ее прошлое.
- Вы точно понимаете, на что идете, находясь рядом с моим сыном? - высокомерно уточняет мать.
- Тебе пора, - я делаю шаг вперед, собираясь прервать этот фарс.
- Я абсолютно точно уверена, - прохладный голос Евы заставляет замереть на месте.
От чувства вины скручивает желудок. Она верит мне…. а я не был с ней до конца откровенен. Как я ей скажу?...
Очередной шум в холле заставляет нас всех обернуться.
- Ну надо же, успел-таки на семейное сборище, - в коридоре появляется Адам и усмехается, окидывая взглядом всю эту сцену.
Брат-то откуда здесь взялся? Знал, что мать явится? Или догадался? Или вообще случайно по другому поводу пришел?
Кажется, мама тоже не ожидала его появления, потому что смотрит на Адама, словно просчитывая дальнейшие шаги.
- Адам, происходящее здесь тебя не касается, - говорит наконец холодно. - Ты, в отличие от твоего старшего брата, никаких высот не достиг и пока что бесполезен, с тебя и спроса никакого.
До меня со стороны Евы доносится резкий вздох.
Да-да, нас с младшеньким стравливали начиная с подросткового возраста. И если я к тому времени уже соображал лучше, то Адаму было значительно сложнее.
Удивительно, как не поубивали друг друга за эти годы. Все-таки держали совместные воспоминания о том «воспитании», которое нам доставалось на протяжении нескольких лет, пока отчим однажды не перепил и не сорвался в присутствии матери.
Стоит отдать ей должное, на развод она подала моментально. Но и ее воспитание не отличалось деликатностью. Мать считала, что только соперничество между братьями даст нужный толчок в развитии для обоих. Правда, ей были неизвестны некоторые обстоятельства…