Аналог фотоаппарата, который она пыталась воссоздать в этом мире, оказался очень

сложной задачей. В первую очередь Эля вдохновлялась кристаллами памяти, которые

стояли в лавке у Ларсона Оксенфорта и которые она забрала с собой. Ей удалось

немного усовершенствовать их: теперь кристаллы действовали, как самые настоящие

видеокамеры, но пока – без звука. Эля догадывалась, какого компонента там не

хватало, но отправиться на его поиски ей не разрешал Адриан: дескать, не в твоем

положении, дорогая, в карете трястись в поисках одной единственной детали. Сперва

Эля на него обиделась, но по тому как муж выспрашивал ее, догадалась, что он

пытается найти ее сам. Это вполне устраивало, и Эля переключилась на другую свою

работу.

Фотокристаллы – так она их назвала – переносили изображение только на тонкое стекло.

И как бы Эля не билась над попытками перевести все на бумагу, ничего не удавалось.

Прямые конкуренты, художники, радостно потирали руки. Когда Эля только-только

представила на выставке этот артефакт, он произвел настоящий фурор, обеспечив ей

приток клиентов. Но со временем ощущение чего-то уникального сменилось обычной

практичностью, и люди вновь вернулись к привычному. Стекло было сложно перевозить:

хрупкие изображения то и дело разбивались по пути к заказчику. Когда в газетах на

первой странице Эля прочитала интервью с одним известным портретистом, где

говорилось о том, что картины не только более долговечные, но и не такие дорогие,

как артефакты, то поняла, что дальше так продолжаться не может. И вот уже полгода

билась с печатью на бумаге.

– Эля, ты не хочешь отдохнуть? – мягко спросил Адриан и обнял ее со спины, положив

ладони на округлившийся живот.

Эля улыбнулась, отложив в сторону чертежи. Малышка, почувствовав присутствие отца,

начала толкаться. Почему-то Эля была уверена, что на этот раз будет девочка.

Оставалось надеяться, что хотя бы она унаследует ее способности к артефакторики.

Старшая дочь и сын что мастью, что даром пошли в Адриана.

– Говорят, твои ручки с бесконечными чернилами пришлись по вкусу самому королю, –

прошептал Адриан.

– Правда? – удивилась Эля. – Я думала Его Величество более консервативен.

– Не во всем, – хмыкнул Адриан. – Твои изобретения неизменно вызывают у всех

изумление. Это ведь еще додуматься надо до такого!

Эля польщенно улыбнулась. Сказать мужу о том, что пришла из другого мира, она так и

не решилась. У них ведь все так хорошо складывалось, страшно было испортить.

После событий в Эсмерране минуло почти десять лет. Когда сошел снег, Эля заявила

Адриану, что хочет пройти курсы артефакторики в Эктаринской академии магии. Муж не