Эля рвано выдохнула, сдерживая ругательства, и молча протянула руку, касаясь голубой

бусины на шее домового. Без Антипки ей дом не защитить.

Едва Эля дотронулась до артефакта, как тот вспыхнул таким ярким светом, что ей

пришлось закрыть ладонью глаза. Когда она решилась посмотреть сквозь пальцы, в

корзине уже никого не было.

– Антипка? – позвала тихонько домового.

Ответа не последовало.

Эля осторожно поднялась на ноги, прислушалась к своим ощущениям: ее магия в районе

солнечного сплетения словно уменьшилась на треть. Неужели попытка пробудить ото сна

домового так много сил занимает?

В стену снова что-то ударилось. Эля вздрогнула, с опаской посмотрев на окно.

– Эллейна, там, снаружи, кто-то есть, – прошептал Винсент, не открывая взгляда от

щели между створками ставен.

– Идем в гостиную, – сказала Эля, поднимаясь на ноги. Она утянула за собой Винсента и

силком усадила на лежак на печи. – Что бы не случилось – не уходи отсюла, понял?

Эля коснулась ладонью специального знака, который обнаружила случайно во время

уборки. Тонкой струйкой пустила магию, напитывая плетение силой. Вокруг Винсента

вспыхнул защитный купол.

– Но я могу помочь! – воскликнул Винсент.

Эля покачала головой и вздохнула:

– Мне так будет спокойнее.

На крыше раздался тихий шелест. Кто-то забрался наверх и теперь искал возможность

попасть внутрь. Эля задрала голову, прикусив губу. В трубе не было решетки, Адриан

не успел установить. А это значит, что через печь ледяные твари могли проникнуть в

дом. Эля взяла их ящика полешку и протянула ее Винсенту.

– Подожги, – скомандовала, надеясь, что успеет провернуть то, что задумала.

Винсент сжал ладонью одну сторону, прикрыл глаза, чтобы настроиться. Эля старалась

ему не мешать, чего нельзя было сказать о нежданном госте на крыше. Существо – или

ко бы это ни был – ждать не собирался, деловито кружась возле трубы. Похоже он счел

это единственно возможным способом попасть в избу, и теперь пытался оторвать дымник.

Только благодаря тому, что ту прикрутили на совесть, у Эли с Винсентом хватило

времени, чтобы затопить печь. Эля открыла поддувало и заглушку, увеличивая тягу, и в

трубу взметнулось жаркое пламя. Раздался оглушающий визг, и шум на крыше

прекратился. Вместо этого Эля услышала глухой стук в стену дома, а следом за этим –

в одно из окон. Жалобно зазвенели стекла, разбиваясь. Ставни сотрясались от ударов

лап. Задвижка не выдержала, и створки распахнулись, являя взору Эли жуткое существо.

На сером бескровном лице застыл оскал. Нечеловечески-яркие желтые глаза смотрели,

казалось, в самую душу. На мгновение Эля замерла, в панике размышляя, что делать.