Но ринулись ли мы сразу в атаку все такие бравые и броненосные? Конечно, нет! Гриппенберг и сам прибыл на фронт буквально за день до нас, отчего ему сперва потребовалось не менее месяца на то, чтобы вообще вникнуть в творящееся тут мракобесие и хоть в какой-то мере принять армию, фронт которой растянулся на добрые 40 верст. А мракобесия, вплоть до отказа ряда подразделений выполнять приказы и вообще подчиняться командованию, тут имелось в избытке. Потому ему точно было чем заняться.

Наша же бригада всё это время тоже не сидела без дела. Мы акклиматизировались. Это я так завуалировано называю обучение наскоро подготовленных водителей и механиков ухаживанию за техникой при отрицательных температурах воздуха и вообще всей окружающей среды.

Дятлов-то ленивых всё ещё хватало. А не слитое после выключения двигателя моторное масло и повальное воровство спирта, применяемого для разведения воды в системе охлаждения моторов, вообще превратились в мою постоянную головную боль, как «главного по тарелочкам». Точнее говоря, неофициально главного.

Не менее 35 машин мы потеряли в декабре из-за разрыва блоков цилиндров вследствие образования внутри них льда, поскольку спиртовая смесь с них была заботливо слита с целью последующего употребления всякими страждущими солдатскими организьмами и замещена обычной водой.

Помните? Я ведь уже как-то утверждал, что солдат любой армии не загнанный, словно та лошадь, всевозможными задачами и работой — это лютый караул. Так оно и оказалось в который уже раз. А мне, блин, оставалось только разводить руками перед самим командиром бригады, ибо менять моторы нам было просто не на что. Запасных мы с собой не брали за неимением оных.

Но всему когда-то наступал конец. Вот и нам 1 января 1905 года, наконец, поставили первую боевую задачу — принять участие в штурме какого-то небольшого китайского селения Сандепу, являвшегося одним из главных узлов обороны японских войск на данном участке фронта.

Правда, в отличие от прочих сил, выделенных на выполнение этой задачи, нам предстояло идти не как нормальным героям — в обход, а как героям-гвардейцам — то есть грудью на амбразуры. Иными словами говоря — атаковать в лоб.

И, нет. Это не было чьей-то дуростью. Просто на нашем участке фронта позиции японцев с обоих сторон защищали реки-переплюйки Хуньхэ и Шахэ. Но вот беда! Там, где по льду спокойно могла пройти лошадь со всадником, наши броневики оказывались бы перед непреодолимой преградой. А как показал опрос давно тут воюющих бойцов, что прежде отступали через эти территории к Мукдену, все мосты через эти две речушки являлись исключительно деревянными кое-как собранными на соплях конструкциями, где и двум всадникам разъехаться было бы тяжело. Потому и оставался нам один единственный путь — переть в лоб на подготовленные японцами за последние два месяца укрепления.