Почему же я тогда не попытался скопировать НАМИ-1 в полной мере? Да потому что она оказалась сырой в плане проработки и впоследствии эту машину доработали, получив в итоге нечто схожее с тем, что я предлагал нашим партнёрам в данный момент.

А вообще принципиальную схему с хребтовой трубчатой рамой я взял, как основу, по той простой причине, что такую машину можно было запустить в производство на заводе Олдса без инвестирования солидных средств в модернизацию имеющегося там оборудования. Принципы изготовления её основных элементов и общие размерности за исключением разве что длины оставались теми же самыми, что у ныне производимого Oldsmobil «Voyage». Что нам сейчас как раз и требовалось в силу проблем с финансированием.

Ну а если бы она не выстрелила в той мере, как я на то рассчитывал, всегда можно было вернуться к более традиционной конструкции автомобиля, выдав что-то вроде каноничного Форда-Т. Всё же последних произвели под 15 миллионов штук за те 20 лет, что он не сходил с конвейерной линии. А даже получение 100 долларов чистого дохода с каждой проданной единицы давало в сумме полтора миллиарда. Полтора миллиарда долларов! Сумму, более чем вдвое превышающую нынешний годовой федеральный бюджет США или близкую к годовому бюджету Российской империи!

— Но почему вы пригласили нас двоих? — видимо, поняв что-то по выражению моего лица, когда я думал об этих самых 1,5 миллиардах, задал очень правильный вопрос Олдс, покосившись при этом на Форда. Откровенно ревниво покосившись, ибо чётко понимал, насколько тот может стать сильным конкурентом, дай кто ему «свободу» и деньги для устройства собственного предприятия.

— Так внутреннюю конкуренцию, господа, ещё никто не отменял, — развёл я руками, расплываясь в благожелательной улыбке, за которой скрывался мой хищнический оскал.

Нет, я не сошёл с ума, чтобы гробить выстраиваемый тут бизнес, создавая прямых конкурентов уже имеющимся собственным производствам. На этом в своё время чуть не погорело General Motors, и повторять их ошибки я уж точно не собираюсь.

Здесь и сейчас я имел в виду конкуренцию иного рода. Конкуренцию за распределение финансирования на дальнейшее развитие заводов! А то и вовсе на устройство новых! И тот же Олдс не мог этого не понимать очень чётко, поскольку своими глазами наблюдал, как мы прежде вкладывались в «Детройтскую автомобильную компанию», начисто игнорируя все его взгляды побитой собачки, жаждущей своей сахарной косточки.

Да, он прекрасно осознавал, что является для нас третьестепенным деловым партнёром, финансирование которого могло осуществляться лишь по остаточному принципу. Что, учитывая факт быстрого расходования средств на иные проекты, означало лишь одно — 0! Нулевое дополнительное финансирование! А развиваться за свой счёт не позволяли ему уже мы, являясь держателями блокирующего пакета акций «Olds Motor Works». Не хватало нам ещё упустить этот завод из своих рук! Вот и оставалось ему лишь одно — скрипеть сейчас зубами от осознания того, что ему фактически не оставляют иного выбора кроме как переходить к изготовлению чего-либо более совершенного и дорогого.