Но покуда никаких новых телодвижений со стороны монарха не воспоследовало, и потому я занимался прочими, не менее важными, делами.

Какими?

Да к свадьбе готовился!

Увы. К своей.

Именно в этом и крылась причина, по которой лично мне в самом скором будущем должны были перепасть многие десятки миллионов рублей. Иными словами говоря, это был подарок семьи на мою давно оговорённую грядущую свадьбу.

Чем мы, Яковлевы, были сильны — так это своими свободными капиталами, на которые ныне облизывались очень многие. И не в одной только России! Чем мы, Яковлевы, были слабы — так это своей малочисленностью.

Обстоятельства сложились таким образом, что нас всего-то было пятеро в семье. Если где совсем уж дальняя родня и имелась, я о них вообще ничего не знал и даже никогда о таких людях не слышал, что говорило о многом. Всё же в эти времена было принято держаться даже дальних родственников. Естественно, если ты совсем уж не законченный мизантроп. Тут же вообще была тишь да пустота в этом самом родственном плане. А нас пятерых, на столь огромное количество забот и хлопот было совершенно недостаточно. Точнее даже четверых. Сестрёнка и молода пока ещё была для занятия бизнесом, и, смотря на нас со стороны, совершенно не желала во всё это влезать, решив связать свою жизнь исключительно с искусством, дабы стать в будущем оперной дивой.

К чему я всё это веду? Да к тому, что очередным подстреленным зайцем на сей раз оказался я сам. Не всё же мне было постреливать налево и направо.

А знаете, что самое забавное во всём этом деле? Я, фигурально выражаясь, подстрелил сам себя. Не случайно, нет! Намеренно! Можно сказать, принёс себя в сакральную жертву, самолично согласившись взойти на алтарь ради спасения своей родины. Да, понимаю, что звучит донельзя пафосно. Но уж как есть.

Если что, столь высокопарно я говорю о своей будущей женитьбе. Да! Вот так вдруг случилось! Без всяких ахов, охов, вздохов, серенад под окнами и прочих злоключений для нас, мужуков.

Вот он я весь из себя такой свободный фигаро, что пребывает здесь и там одновременно. И вот вдруг я уже почти женатик окольцованный. В 18 лет, ё-моё! Ибо время поджимало! Ну и кое-что ещё тоже поджимало. В организме. Куда уж без этого кое-чего? Не спасли меня газетные объявления определённого толка. Как и в большинстве случаев, реклама сильно-сильно преувеличивала качество реального «товара». Вот я и «прыгнул в прорубь с головой» ещё до того, как «записался в армию».

А всё деньги виноваты! Слишком большие деньги, которые никак нельзя было отдавать в чужие руки! И даже те же самые государственные облигации, умеючи, можно было превратить во вполне себе «работающий актив», ежели знать как.