Но в какой-то момент сломался и он. Шульц почувствовал это — изменилось дыхание, чуть опустились плечи.

— Ладно, — наконец прохрипел Бампи. — Я скажу. Скажу.

Шульц отступил на шаг, взял со стола полотенце, вымыл руки.

— Ну? — спросил он. — Это Мэдден? Оуни Киллер решил влезть в мои дела?

— Нет, — ответил Бампи. — Это Лучано. Он прислал нам оружие, и это он передал нам список твоих точек.

Шульц замер. Лучано, тот самый, с которым они работали во времена Ротштейна. К которому он всего пару дней назад ходил просить помощи, и который отказался, сказав, что он, Шульц, сам влез в разборки с неграми.

Ну тогда неудивительно, что он отказался. Только вот. Зачем ему это было нужно? У них с Лучано никогда не было конфликтов, они не лезли в дела друг друга.

— Лучано, — повторил он.

— Да, — прохрипел Бампи.

— С самого начала это был он?

Бампи помолчал секунду, после чего сказал:

— Он приехал к нам, встретился со мной и Квинни. Сказал, что поможет разобраться с тобой, при условии, что мы будем платить ему долю. Мне показалось, что он хочет подмять под себя Гарлем.

— Давно? — спросил Шульц.

— Давно, — ответил он. — Больше месяца назад.

— Вот ведь тварь, — выдохнул Голландец. — Паскуда.

Шульц подошел к пиджаку, вытащил из кармана пачку сигарет и сунул одну в зубы. Закурил, глубоко затянулся.

А ведь все складывалось. Он с самого начала чувствовал, что тут что-то не так. Слишком точными оказались удары негров, слишком хорошо они знали, где что искать. Сперва он подумал, что среди его людей была крыса, но потом понял, что черномазым помогает кто-то извне. Подумал на Мэддена.

Но дело было не в нем, дело было в Лучано. И этот ублюдок еще и так спокойно разговаривал с ним, делая вид, что он не при делах, что это его не касается.

Шульц после встречи с ним разозлился, но признал, что не в праве требовать помощи.

— Ты не знал? — спросил Бампи. — Что он выступил против тебя?

— Я знал, что кто-то, — сказал Шульц. — Но не думал, что это он. Ублюдок. Я ведь считал его другом.

Он подошел к Бампи снова. Тот поднял на него взгляд. В глазах у него не было страха, только усталость и презрение. Он понимал, что сейчас умрет, что в живых его не оставят в любом случае. Но не боялся.

И это разозлило Шульца.

— Ты думаешь, это умно? — спросил Голландец. — Напасть на меня? Ты всерьез думал, что этот макаронник вам поможет?

— Это не мы напали на вас, — ответил Бампи. — Гарлем был наш, пока ты не появился. И это вы напали на наших сборщиков. Первая кровь на вас.

Шульц ударил его, один раз, второй, а третьим ударом опрокинул на спину. Бампи упал вместе со стулом, ударился о бетонный пол. Шульц наклонился.