— Это приказ? — он улыбнулся, понял мой тон.
— Это приглашение, — я улыбнулся в ответ. — Но настойчивое. Багси тоже позовем. И своих людей из тех, кому доверяешь, зови. Все за мой счет. Надо провести время вместе, через войну вместе прошли же.
— С женщинами? — уточнил он, но подразумевал, очевидно, не только девушек и жен членов Семьи, но и работниц какого-нибудь из моих борделей.
— Конечно с женщинами, — я улыбнулся. — Куда без женщин.
— А что, — он покивал. — Хорошо. Итальянская еда, некошерная правда. Выпивка, красивые женщины. Будет интересно, я думаю.
— Будет хорошо, я постарался, — кивнул я.
— Тогда буду, — он тихо засмеялся. — Во сколько встречаемся?
— К девяти, а то до Нового года все перепьемся. А там встретим Новый год. Нас очень много интересного ждет в тридцатом.
— Ждет в тридцатом, — он вдруг повторил за мной последние слова, и его веселый тон сменился задумчивым. — А ты знаешь, что нас ждет в тридцатом?
— В общих чертах, — сказал я.
— И что? — он вдруг посмотрел мне в глаза.
— Работа, Мейер, — ответил я. — Очень много работы. Ну и новые проблемы, естественно. Маранцано ведь никуда не делся. Я поехал по делам, а ты убери это, неуютно смотреть, как миллионы долларов валяются на подоконнике.
— Уберу, — кивнул он. — Курьеры скоро приедут, развезем по разным местам.
Мы пожали руки, я кивнул ему и вышел. Спустился вниз по лестнице, попрощался с охраной, сел в машину и только сейчас закурил.
Посмотрел в окно, завел двигатель и поехал вперед.
Тридцатый год будет тяжелым, это я знал точно. Но сейчас можно отдохнуть.
В клуб я приехал без четверти девять вместе с Гэй. Не потому что торопился, просто хотел убедиться, что все готово. Общее празднование Нового года было для меня важным, поэтому мне очень хотелось, чтобы все прошло как надо.
Все было готово. Столы накрыты, бутылки расставлены, оркестр уже настраивал инструменты на небольшой сцене. Управляющий провел нас по залу, показал кухню, официантов, уже готовящиеся новые порции блюд. Может быть, эти люди и хотели бы провести время со своими семьями, но я пообещал щедро расплатиться с ними дополнительно. А деньги были нужны, очень и всем. Вот они и согласились в новогоднюю ночь остаться на работе.
Гэй сразу же по приходу опустошила бокал шампанского, после чего принялась переставлять букеты. Управляющий посмотрел на это с вежливым ужасом, особенно после того, как она чуть не опрокинула одну из ваз, но молчал. Он понимал, что я за человек, и что моя женщина — это тоже очень высокий статус, и ей лучше не перечить.
— Теперь хорошо, — сказала она, вернувшись к нам.