Мне же было не до большой политики, я — учился.
Прикрепили меня к нашему военному госпиталю и принялись гонять в хвост и в гриву. Словно у меня спецординатура перед «командировкой» в какую-то дальнюю экзотическую жаркую страну.
Вот, я опять домашними терминами начал разбрасываться из своего студенческого и не очень прошлого…
Ординатуру, тогда, в далекие восьмидесятые, мои знакомые молодые доктора проходили уже после интернатуры. Интернатура — это год работы после получения диплома врача. Но, в дипломе у них было записано — «лечебное дело», а не конкретно — терапевт, хирург или ещё кто-то. Вот, чтобы этими полноценными специалистами стать и иметь соответствующий документ, где указано, что ты акушер-гинеколог, хирург, терапевт, они год в больницах интернатуру и проходили. Затем, несколько лет, как правило в сельском районе по распределению работали, а уже после этого, при наличии светлой головы и кое-что уже умеющих рук, поступали в двухгодичную ординатуру.
Меня же сейчас в этой пресловутой местной «интернатуре» словно хотели в мастера на все руки превратить.
— Я же фельдшер! — напоминал ваш покорный слуга своим истязателям, но они и бровью не вели.
— Ничего. Трудно в ученье, легко в… гробу.
У врачей юмор специфический, не всем понятный и приятный.
— Осваивай, Саша, осваивай. Всё пригодится.
— Учись, пока мы живы…
Это и подобное я почти каждый день слышал.
Я и осваивал.
Бинтовал.
Иммобилизировал.
Проводил первичную хирургическую обработку ран.
Да-да, хоть КПК свою победу и на весь мир провозгласила, но на этом гражданская война с Гоминданом не закончилась.
Везли к нам в госпиталь раненых, везли…
В госпитале сейчас я и жил. Когда не учился, то ассистировал на операциях.
В морге осваивал простейшие оперативные вмешательства.
Законно всё это? Допустимо? Разрешено нормативными документами?
Что, меня в составе космической экспедиции куда-то собираются отправить? Так, не летают здесь ещё в космос!
Как наши новогодние праздники прошли, я и не заметил. У китайцев свой Новый Год, я сейчас не про него.
В середине января в госпитале полковник Чернов нарисовался.
— Как тут мой? — словно о каком-то своем рабе поинтересовался он у начальника хирургического отделения.
— Старается, — коротко прозвучало в ответ.
— Вы его побольше гоняйте, — дал рекомендацию в отношении меня полковник.
Куда уж больше!
Сил моих и так нет…
— Ты, тут давай, не раскисай.
Это уже мне было этим же добрым человеком сказано.
— Есть! — я встал по стойке смирно.
— Александр, не дуркуй! — нахмурился полковник. — Времени на подготовку у тебя остается немного. Скоро я тебя заберу.