— Оставайтесь здесь. Подвезут и заправитесь, — такой получил я приказ.
Нас откатили в сторону, дали дорогу бронетехнике.
Ближе к вечеру начался дождь. Даже не так — целый тропический ливень. Сам я в тропиках не бывал, но как-то так его и представлял.
Как тут люди живут? Это мы у себя в России горя не знаем…
Мне и моим санинструкторам ещё повезло. Наш ГАЗ-55 крышу имеет, по которой всю ночь вода с неба и хлестала, а вот экипажи пары танков, которые, как и мы обсохли и теперь рядом с нами стояли, представляли из себя уморительное зрелище. Разгуливали они сейчас утром в гимнастерках и закатанных до колен кальсонах, а их комбинезоны, шаровары и сапоги сейчас сушились.
Как так они промокли? А, под брезентом рядом с танком были. Понятное дело.
Костер бы разжечь, погреться и посушиться, но не из чего.
Так мы в долинке этой и куковали пока нам с По-2 резиновые емкости с горючим не сбросили.
Такие самолетики в светлое время постоянно над нашими колоннами летали, оценивали обстановку на земле и, если надо, помогали нам чем могли. Вот и сейчас нас и танкистов выручили.
Надо сказать, что емкости с горючим были очень тяжелыми. Мы и танкисты хорошо согрелись, пока их тащили к своим машинам.
Настоящие военные действия ещё не начались, а мы уже несли потери. Особенно в технике. Бойцы оказались крепче стали и железа.
Так случилось и с танком начальника штаба нашего батальона. На одном из подъемов он встал. Всё, кончились его машинные силы…
Что делать?
Где-то наверху решили из него сделать памятник в честь прохождения советских танковых войск через Большой Хинган.
С большими трудностями танк подняли на соседнюю вершину и сделали на броне соответствующую надпись.
Так он и остался стоять, не доехал до места предстоящих боев с японцами.
Ещё дома, до попадания сюда, я слышал байку, что на фронте солдаты не болеют. Ничего подобного. Болеют. Ноги подвертывают, руки ломают. Всякого хватает. Не только от пуль и осколков из строя выходят.
Возможную в наших условиях медицинскую помощь мы оказывали, но некоторым и квалифицированная требовалась.
Как их в тыл отправить? На колесной технике? Делали и так, но большинство тяжелобольных и получивших травмы эвакуировали на самолетах. Мне приходилось искать посадочные площадки, раньше я этим никогда не занимался. К нашему счастью в горах были пастбища и на них я организовывал «аэродромы».
Про вертолеты для эвакуации вышедших из строя бойцов мне оставалось только мечтать. Не располагали мы пока ими.
— Всё, сейчас вниз пойдем, — обрадовал меня наш комбат.
У меня после этих его слов даже настроение поднялось. Однако, оказалось, что рано я радовался. Спуск с Хингана оказался не легче подъема.