В силу удалённости от границ Заповедника, Меомрасотал впервые открыт колонизаторами лишь в 2148 году, за несколько лет до закрытия сообщения с Землёй, поэтому программа исследования территории возобновилась лишь спустя три века, в самом конце Малого Средневековья. Первые путешественники описывали Меомрасотал как бесконечную подтопленную и орошаемую равнину с узкими улицами-каналами между двух– и даже трёхэтажных деревянных строений и хижин, над которыми кружились полчища пчёлокомаров. Местность к северу от Меомрасотала богата нефтяными месторождениями, и попытка их незаконного освоения в 2290-х годах Амирланией привела к нарушению статуса Заповедника и Первой Нефтяной войне'.

(из популярных энциклопедий)

Я потерял Антона. Уже на следующие сутки его завербовал и насильно увёз в свои владения синдикат, подконтрольный Авалонеру. Мы с Романом подали апелляцию относительно способа вербовки, но рассмотрение таких штук занимало достаточное время, потому я переключился на другие дела и вхождению в новую роль.

Рэда в следующий раз я повстречал неделей спустя. Меня теперь звали Тимур Ратмиров, я был младшим советником консула Югроси в Норд-Анжелесе. По легенде я закончил факультет международных отношений в Белополисе, приехал с материка и, судя по фамилии, приходился родственником важным чиновникам в администрации.

Парень же приехал с лёгким рюкзачком и выглядел в своей одежде как прожжённый провинциал. Да и пялился по сторонам, словно первый раз приехал в такой крупный город.

— Привет! — помахал я ему с подъезда консульского особнячка и перешёл на рутенийский. — Господин Корнин, пусть земля ему будет пухом, дал вам хорошие рекомендации. Пройдёмте со мной.

Провести его через охрану не составило труда. Я уже успел внушить всем окружающим, что я здесь постоянный и нужный сотрудник.

Мы очутились в отделе кадров, где ему поставили печать в карту и назначили практику — три месяца. Меня назначили руководителям практики. Поскольку я выглядел лишь немногим старше его, к тому же, иностранцем, расположить друг друга к себе не составило труда. Уже через час после общения мы вполне непринуждённо беседовали на двух языках, сыпля цитатами из фильмов и книг.

На рабочем месте я появлялся достаточно мало, и тому были отдельные причины, о которых вскоре расскажу. Дал парню штудировать все города, предприятия и организации Югроси, системы логистики и прочие вещи, чтобы тот затем занимался операторской работой — приёмом и ответами на заявки.

Но очень скоро я понял, что задерживаться на этой роли я не хотел бы. Антона отвезли в Сереброполис, перешив ему лицо, и около него крутилась одна особа, с которой я немного был знаком, и которая не вызывала у меня доверия. Я понимал, что это не самая главная моя задача, но я должен что-то с ним сделать, как-то попытаться спасти его.