Рэд всё ж сдал тест на кровь через пару дней, и я не проворонил момента, успел скачать электронные данные генокода. Проанализировать кровь удалённо, с помощью Способности, запрещали все те же Алгоритмы Защиты.

Данные человеческой части генома, которые и подвергались анализу, меня не сильно удивили — в парне улавливались кавказские, латиноамериканские и славянские корни, что больше соответствовало рутенийскому типу, чем амирланскому. А вот след Сеяных заставил серьёзно задуматься.

Потому что я увидел свои гены. Рэд однозначно являлся моим прямым предком, только непонятно, по какой из линий — на родных сыновей он не был похож. Кроме того, в нём улавливались гены и кого-то из родственников моей супруги, Адель. Её младший брат в своё время наплодил немало полукровок, за что чуть не был подвергнут увольнению.

Тем не менее, вопросы оставались — ведь раз мои Алгоритмы проверки срабатывали через раз, то парень не являлся чистым полусеяным, а был гибридом — сыном двух полсуеяных, или полусеяного и Сеяного. Технически полукровки и гибриды являются обычными людьми — такими же, как остальные миллионы человек на Рутее, разве что со слегка усовершенствованным геномом. Но никакими паранормальными Способностями, как мы, они не обладают.

Их геном — своеобразный ключ, который обрабатывается Алгоритмом Защиты. Но этот Алгоритмы несовершенен, раз кому-то удаётся красть с Рутеи и простых людей, и полукровок.

Внутри вновь заиграло знакомое чувство лёгкой тревоги и ответственности за жизнь парня. В мои привычки не входило бросать на произвол судьбы тех, к чьему рождению я был причастен. Да, полусеяные охраняются нами, и риск несчастных случаев и убийств таких людей сведён к минимуму. Но по статистике до ста лет из них доживало всего около двух третей — остальные гибли от неизлечимых болезней и травм, кто-то спивался, кто-то попадал в зоны боевых действий. А кто-то был убит другими полусеяными.

И всё же сомнения в том, что я совершаю верный поступок с точки зрения нравственности, оставались. Я сходил к Кэтрин, рассказал про парня, утаив, разве что, что он является моим потомком.

— Если ты так хочешь его защитить, и у него неблагополучная семья, то что тебе мешает вытащить его из этой дыры?

— Понимаешь, существуют определённые правила. Нельзя так просто сделать человека посвящённым во все наши тайны. Размен должен быть равнозначным.

— Но меня же ты просветил? — Кэтрин села напротив меня. — Скажи честно, какие у тебя планы на меня? Ведь наверняка ты когда-то уйдёшь отсюда. Что я буду делать без твоего общества?