— Адель, при всём уважении — ты же знаешь порядок, я не могу рассказать.

Она подошла, обняла, уткнулась в плечо. Я коротко, даже немного холодно провёл рукой по спине в ответ, задевая мелкие перья на крыльях.

— Да, я в курсе — наш департамент не позвали. Так, неудачная шутка. Не поверишь, но я скучала.

— Мы же не виделись всего года полтора? Хотя, признаться, я тоже немного скучал.

— Немного? Ты когда уже решишься помолодеть? Я не помню, чтобы ты так долго ходил стариком.

— Чаще всего я сбегал от тебя в такие периоды жизни. Мне не очень нравится, когда ты меня видишь таким.

— Представь, как было бы круто, если бы мы снова стали молодыми и родили бы какого-нибудь карапуза. Кстати, ты общался с родителями, с нашими детьми? Ты в курсе, что Натали, наша правнучка, целых три года крутила интрижку с одним твоим полукровкой? Я узнала только сейчас.

Я промолчал, потому что уже давно был в курсе. И имел с правнучкой нелицеприятный разговор, после чего их отношения прекратились. Отчасти мне потом было даже стыдно за это, но любимая, самая младшая из правнучек и так рисковала быть излишне избалованной. Впрочем, юную особу уже было не остановить, и после моего сына она снова нашла себе кого-то из простых смертных.

И девять наших общих детей, и мои родители не работали с нами в одних подразделениях. Таковы были правила иерархии Дворца, не рекомендующие быть в отношениях «начальник-подчинённый» близким родственникам. Пара старших сыновей ушли в другой Дворец, а родители работали далеко отсюда, на строительстве на окраинах системы.

— На этой неделе — нет. Во-первых, у меня отдых, во-вторых, есть дела поважнее.

— Хотя бы зашёл, проведал.

Мы немного прошлись, рассказываю друг другу о своих разработках. Прошли мимо рощи, в которой резвилась группа дошколят. Как в одном из самых прогрессивных Дворцов, Сеяные, полусеяные и дети немногочисленных простых сотрудников играли и воспитывались здесь вместе. Но мы сумели вычленить из толпы трёх праправнуков и ещё пару детей более дальнего родства. Адель поймала белокурую девчушку и с визгами подняла её в небо на пару минут.

Мы прошлись ещё, затем, у самого входа во Дворец, она покинула меня. Я взглянул на две сияющие позолотой полусферы с изображением планет над исполинскими вратами, ещё раз окинул взглядом природу вокруг и вошёл внутрь. Поздоровался с привратниками — по давней традиции, на эту должность брали молодых парней не меньше двух с половиной метров высотой. Дальше была долгая череда приветствий, быстрых разговорах, часть из которых пришлось вести в двух диапазонах, включая телепатический. По коридору я вышел на открытую терассу, с которой открывался величественный вид на парки второго и третьего ярусов, и неторопливо прошёлся по ней, здороваясь с проходящими. Обратил внимание на то, что бодимодификантов стало ещё больше. И раньше было так, что те, кто помоложе, кто еще не перешагнул вековой рубеж, любили эксперементировать со своей внешностью, да и с организмом в целом. Некоторые меняли свою видовую принадлежность — из людей становились синекожимми хиоттами с Айпоиды, низкорослыми гмоннийцами, или, еще хуже — кентаврами-миксеридами. Некоторые, как Адель, отращивали себе крылья или хвосты. Процесс перестройки тела занимал от нескольких лет до пары часов — в зависимости от возраста и уровня владения своей Способностью.