— Да это рай!
— Замутить бы такой же домишко себе! — завистливо сказала Сахариха. — Чем-то похоже на нашу фазенду в Еловке, но тут шик-модерн, конечно же…
На второй этаж вела широкая лестница с низкими ступеньками, подсвеченными синим цветом. Верхний этаж делился на две зоны. В первой была оранжерея с самыми причудливыми растениями вроде пальм, кактусов, лилий и орхидей, а также библиотека с высокими книжными шкафами во всю длину стен, в которых, казалось, была собрана вся мировая сокровищница книг. В библиотеке интерьер отличался от общего хай-тека в пользу классики и старины. Стояло несколько кресел с расположенными рядом торшерами и столиками для книг, напитков и сигар. На полу лежал цветастый старинный ковёр под стать стилю. Библиотека одновременно служила и кабинетом — посреди стоял большой викторианский письменный стол с бронзовыми письменными принадлежностями, старым дисковым телефоном и большой классической настольной лампой с зелёным абажуром.
Вторая часть верхнего этажа была открытой с одной стороны, для летнего отдыха. На полу, практично облицованном мраморными плитами, стояли несколько шезлонгов для принятия солнечных ванн, кресла, диваны, и был сделан небольшой летний бассейн, сейчас пустой. От непогоды летнюю зону закрывала раздвижная металлическая крыша, сейчас закрытая. Но благодаря большим стеклянным окнам в оранжерее, казалось, она находится совсем рядом, в прямой досягаемости и до неё рукой подать.
— Ну что! Всё зашибись, Светка! — радостный Жека схватил Сахариху на руки, прижал её к себе и закружился, как сумасшедший, бешено целуя любимую в губы, щёки, глаза, шею…
— Женька, ты что делаешь, сумасшедший! — рассмеялась Сахариха, крепко обняла Жеку и в ответ стала целоваться горячо и страстно. — Пошли опробуем, какое тут джакузи.
Джакузи было прекрасное. Сахариха знала, как обращаться с подобными штуками. Нажала кнопку «Старт», перевела два выключателя в нужный режим, и ванна быстро наполнилась бурлящей пенной водой с запахом лаванды, подсвеченной изнутри синим цветом. Жека принёс из винного погреба шампанское «Моэт Шандон» и пару высоких хрустальных фужеров. Это была шикарная жизнь, которую вели только миллионеры! Но даже будучи миллионером у себя в городе, Жека никогда не устроил бы себе таких излишеств — было жалко и денег, спущенных напрасно, да и привык уже жить по-босяцки, обходиться что есть. Сегодня в ресторане обедал за круглую сумму, а завтра дома колбасой засохшей с позавчерашним хлебом.
Однако именно сейчас, в роскошном пентхаусе германской гостиницы, Жека понял, что такое настоящая богатая жизнь. Все его устои оказались нарушены к чертям. Потому что именно сейчас он понял, что деньги сами по себе не главное. Главное — потратить их с пользой для себя. В России он работал как проклятый, без отдыха и продыха, зарабатывал, кормил своих людей. Считал это правильным. Открывал и закрывал предприятия, ходил на биржу, торговал металлом и акциями, убивал людей, враждуя с другими группировками. Но чем это обернулось в итоге? Да ничем! Всё пошло прахом. Или почти всё… Но всё-таки предполагал, что придётся рано или поздно валить за границу — слишком многим людям перешёл дорогу. Поэтому свинтил не с голой жопой.