— То есть если ты не захочешь, — вставил Мирзоев. — Дима заинтересует других бояр. Деньги в Гардарике для пехоты найдутся, просто нам оно обойдётся дешевле. Мы же просто оставим Диме эти здания! Сначала пехота вполне естественно продолжит тут стажироваться, а мы поставим перед Советом обороны вопрос о расширении. За всё заплатит Совет обороны!

— Ну, раз ты так считаешь, — проговорил я в задумчивости.

И вовсе не в деньгах дело! Для Родины мне никаких денег не жалко! Ну, почти. Просто финансы требуют осторожности и серьёзности, чтоб не разворовали, например. Потому даже Руслану Мирзоеву и Диме я демонстрировал скепсис с самого начала. Угрюмо смотрел на Руслана, когда тот радостно сказал Диме:

— Считай, дело в шляпе, боярин дал добро использовать свои средства…

— Только чтоб всё до копейки записали и обосновали! — заметил я.

— Само собой, боярин, — приложил Мирзоев ладонь к груди. — Я сам не менее твоего заинтересован!

— Строить на морозе не алё, — сказал Антонов. — Пока поставим времянки по сборным проектам.

— А почему времянки? — не понял я.

— У постоянных строений мирного времени другой уровень пожарной безопасности, — ответил Мирзоев. — Да ты не парься, всё равно всё пойдёт как военные нужды.

— И сколько на эти нужды ты хочешь? — спросил я сухо.

— Да всего пятнадцать миллионов твоих вложим, — сказал Руслан. — Зимой дороже обустраивать дополнительные полигоны. Но не могут же солдаты ждать весну!

— Но в кристаллотеку свободный вход пехоте только ночами! — поставил я условие. — Днём по записи! И так у нас много народу, на всех камней не напасёшься!

— А это отдельная тема, — вкрадчиво проговорил Дима. — Мы рассчитываем на твои чистые кристаллы…

— Вот тут сложнее, — сокрушённо проговорил Мирзоев. — Кристаллы официально под запретом, исключения даются только с условием использовать на свой страх и за свои деньги, — Руслан печально вздохнул. — Камни для пехоты оплатит фонд «Детский праздник».

— То есть я оплачу, — заметил я спокойно.

— А ты сильно «против»? — заботливо спросил Дима.

— Для вас ничего не жалко! — проговорил я с чувством. — Только убивайте ещё больше европейца!

— И так думают многие жители Гардарики! — сказал Руслан Мирзоев. — Запустим новую рекламу фонда «Детский праздник», как раз аудитория радиопередач растёт. Народ для этого дела скинется.

— Слушаю убивать ещё больше европейца! — весело проговорил Дима Матвеев.

Я снова съездил домой, потом ушла в декрет Лёля и пришла Даша, и закончились две московские недели. Мой батальон и стажёры под видом пехоты поехали на фронт, а я снова смотрел в окно на пейзажи и рассеянно слушал ребят.