— У вас нет стен, артиллерии… — Таргус указал рукой в сторону города. — Мы могли бы и не сюсюкаться с вами, а банально начать штурм. К тому же, мы можем просто продолжить обстрел и тогда жители сами разоружат гарнизон и выдадут нам всех знатных особ… Времени вам три часа, а потом обстрел будет продолжен, но уже зажигательными ядрами.

— Это бесчеловечно, — бросил граф напоследок и, развернув коня, удалился в направлении города.

Его свита последовала за ним.

На самом деле у Таргуса не было никаких зажигательных ядер, ни у кого сейчас нет зажигательных ядер, но понтовать в его ситуации никто не запрещает. Есть, конечно, старые-добрые калёные ядра, но это не совсем то, что Таргус понимал под зажигательными ядрами: они могут поджечь деревянное здание если дать ему полежать в чём-то воспламеняемом.

Настоящие зажигательные ядра — это пустотелые оболочки, наполненные зажигательной смесью, которые при прогорании замедлителя взрываются и расплёскивают вокруг пылающую смесь. Эксперименты он проводить побоялся, поэтому просто решил обойтись без них. Тем более, что город надо было захватить, а не спалить дотла.

Три часа истекли, никто сдавать город не вышел, поэтому Таргус дал отмашку на продолжение обстрела.

Обстреливали город не бомбами, это было бы слишком дорого и нерационально, а обычными чугунными ядрами, которых в дорогу набрали избыточное количество, даже больше, чем у них есть пороха.

Вернувшись в шатёр, он сел у очага и вытянул ноги поближе.

— Думаешь, сдадут? — поинтересовался похмеляющийся Карл Фридрих, больной после вчерашних возлияний с гвардейцами.

— Не сдадут — возьмём штурмом, — пожал плечами Таргус. — Но потом. Сначала я хочу разбить прямо сейчас собираемое в спешке ополчение данов, как я уже говорил.

Их удар, нанесённый по армии данов, пошатнул и потряс их государство. Война, которая должна была завершиться аннексией Гольштейна, теперь близилась к тому, что придётся отдать земли Шлезвига. Ещё одно генеральное сражение и всё будет кончено.

— Да-да… — болезненно морщась, ответил страдающий герцог. — Ты говорил. А знаешь, я и забыл уже, когда в последний раз смотрел театр и танцы…

— Будет тебе театр, — пообещал Таргус. — Танцев не обещаю, а вот театр будет.

// Там же, 19 февраля 1734 года //

Пять суток спустя появились первые донесения о приближающихся силах противника.

Таргус, в этот момент инспектировавший «косяковую» десятую когорту II-го легиона «Феррата», вскочил на пони и поскакал к штабу.

Он в который раз с удивлением для себя наблюдал странное явление: стоит появиться в легионе десятой когорте, как там моментально начинают собираться самые отборные отбросы. Лентяи, нарушители дисциплины, недоумки, хиляки — всё то, чему в легионе не место, как в коллекторе начинает скапливаться в десятой когорте.