— Мне нужны люди, — ответил Таргус. — Не благородные, не связанные ни с кем, но говорящие и пишущие на латыни, а также никому не нужные. Никому не нужные в том плане, что если они исчезнут или умрут, никто не станет искать их.

— Сложная задачка… — нахмурился герцог. — Из благородных таких набрать — раз плюнуть. Сказать пару слов на латыни могу и я, даже написать чего-нибудь…

— Hic est canis cacat! Matem tuam!(1) — ругнулся Таргус.

— Что ты сказал? — в очередной раз не понял его герцог. — Что-то про собаку? И про мать?

— Вот это я и имею в виду, — хмыкнул Таргус. — Мне нужны люди, которые хотя бы на базовом уровне владеют латынью, в худшем случае чтобы я мог научить их говорить со мной. Верность их я обеспечу сам.

— Я отправлю человека в Италию, — предложил герцог. — Там может найтись много простолюдинов, владеющих латынью.

— Лангобарды⁈ — воскликнул Таргус. — Ну уж нет!

Он навёл справки насчёт местной «Италии». Она имеет с настоящей Италией столько же общего, сколько нынешние германцы с романо-германцами.

— Восточная римская империя, — произнёс герцог. — На её бывшей территории, которая сейчас под османами, могут найтись говорящие на латыни. Только вот просто так человека туда не отправишь… Да и магометане не позволят забирать оттуда людей…

— Любопытно, — Таргус задумчиво потёр подбородок.

Восточная римская империя, которую в будущем назовут Византийской империей, сейчас находилась под властью Халифата Османов. Основали эту державу турки-сельджуки, одно тюркское племя, прикочевавшее с берегов Каспия. Они долгое время доминировали в регионе Малой Азии, пока не взяли Константинополь, как до относительно недавних пор назывался откровенно захолустный Византий, являвшийся региональной столицей Элладской провинции Римской республики.

Сейчас османы претендуют на звание империи и являются региональной угрозой для Восточной Европы. Впрочем, их пыл уже ослаб и они совсем не те, кем были в прошлом веке…

— Купить, — произнёс Таргус. — Слышал, что они промышляют работорговлей.

— Христианам невместно якшаться с магометанами и уж тем более покупать у них рабов! — вскипел герцог.

— Никто и не говорит, что мы покупаем рабов, — вздохнул Таргус. — Мы ОСВОБОЖДАЕМ рабов. Как тебе такое?

— Это похоже на спекуляцию… — герцог явно был не рад такому внезапному повороту разговора.

— Это можно даже подать как отличный репутационный ход, — продолжил Таргус. — Герцог Шлезвиг-Гольштейн-Готторпский, днями и ночами думающий о судьбе невинных христиан, томящихся под игом злокозненных магометан, не пожалел денег на выкуп крупной партии рабов, которых освободил сразу же по их прибытию на христианские земли. Лютеранской церкви это очень понравится.