Это были условно-враждебные территории, но никто не понял, что всё это значит и как относиться к металлическим кубам, плывущим по реке.

А сегодня всем стало понятно, что эти броненосцы были пропущены по рекам очень зря — они подошли к крепости Льежа и начали её обстрел из своих крупнокалиберных орудий.

Крепостные батареи открыли огонь почти сразу, некоторые даже попадали по броненосцам, но им хоть бы хны — ядра отскакивали от толстой брони, а бомбы просто бессмысленно взрывались на ней. Теперь это односторонний обстрел, в котором броненосцы разрушают бастионы, а те бессильны что-либо сделать в ответ.

— Это триумф оружия императора!!! — в сердцах выкрикнул Георг.

— Вечной жизни императору!!! — поддержали его легионеры когорты.

Насколько ему известно, первое боевое применение броненосцев произошло при захвате Дании, это произвело на всех неизгладимое впечатление, но Мейзель в то время был в Америке.

Но он вернулся и даже рассчитывал, что отдохнёт хоть немного, всё-таки, американская глушь подействовала на него очень угнетающе. Увы, доля легионера, порой, не оставляет возможности даже просто посидеть — сначала мятеж в Богемии, а теперь и в Австрийской Голландии…

Броненосцы, тем временем, дали ещё один сокрушительный залп. Тяжёлые ядра врезались в бастион и от него отвалилось ещё несколько кусков, что вызвало осыпание грунта, служившего его основой.

Несколько орудий разбито, а ещё три орудия скоро будут уничтожены, потому что лишились защиты бастионной стены. Так и получилось — следующий залп был навесным, осколочно-фугасными снарядами.

Без крепостных орудий, мятежникам будет тяжелее отражать штурм, а это значит, что будет меньше потерь, что не могло не радовать Георга.

— Приказ, — сообщил примчавшийся вестовой.

Мейзель распечатал конверт и изучил, что пишет командование.

«В три часа десять минут начать скрытно подбираться к бастионам…» — начал он читать.

Задача предельно понятная — необходимо максимально тихо пересечь реку чуть южнее крепости. После закрепления на противоположном берегу ему поручено всеми силами способствовать наведению понтонной переправы. В этом будут участвовать три броненосца Императорского флота — написано, что они послужат опорой для понтонов. Ещё три в назначенное время начнут шуметь, обстреливая крепость навесным огнём.

Георг сложил приказ и спрятал его под пуленепробиваемую кирасу. Он так давно её носит, что после снятия брони его охватывает чувство неестественной лёгкости тела и какой-то неправильности. Старые вмятины свидетельствуют о том, что она спасла его далеко не один раз — это надёжное средство защиты, способное удержать выстрел из минитменовского мушкета в упор…