— Так ты же большой человек, — кивнул Концевой. — Медиамагнат, в Высший Совет СНГ вхожий. Нашими и иностранными президентами рукопожатый.

— Хватит издеваться! — буркнул я.

Он захохотал.

— Присаживайся, Сергей! Там интересно.

Я последовал приглашению. Передача уже шла. Юркий и ловкий на язык ведущий расспрашивал какого-то лысого, обрюзгшего типа. Тот поносил ГКЧП. Уверял, что если бы не «путч», СССР удалось бы сохранить. КПСС никогда бы не позволила развалить страну. Что путчисты совершили переворот сугубо из меркантильных целей — рвались к богатству. В доказательство привел мою фамилию. Члена ГКЧП, ставшего миллиардером.

— Кто это? — спросил я.

— Ярослав Олегович Жинко, секретарь ЦК компартии России, — сказал Концевой. — Не узнаешь?

Я покрутил головой.

— Это он стрелял в тебя в академии.

— Здорово изменился.

— Внешне. А внутри та же гниль.

— Лично меня за попытку выступить против путча жестоко избили, — вещал Жинко. — Месяц пролежал в больнице. Затем судили. Приговорили к семи годам. Кроме того, меня, боевого офицера, воевавшего в Афганистане, лишили воинского звания и заслуженных кровью наград.

— И все это за попытку протестовать? — уточнил ведущий.

— Именно! — подтвердил Жинко.

— Ваша позиция понятна, — сказал ведущий. — Но мы собрались здесь, чтобы услышать разные точки зрения. Я приглашаю в студию бывших членов ГКЧП — генерала армии в отставке Константина Константиновича Концевого и руководителя медиахолдинга «Портал» Сергея Александровича Девойно. Прошу!

Стоявшая позади камер и невидимая телезрителям женщина подняла транспарант «Аплодисменты». Зрители захлопали. Мы с Концевым встали и вошли в студию.

— Присаживайтесь! — ведущий указал нам на места за столом. — Вы, Константин Константинович, и вы, Сергей Александрович, слышали, что сказал наш гость? — он указал на Жинко.

Мы кивнули.

— Меня это удивило, — сказал ведущий. — До сих пор считалось, что переворот 1987 года прошел мирно. Не было крови и пострадавших. А вот наш гость утверждает обратное. Он прав?

— Отчасти, — сказал Концевой. — Но в целом врет.

— Я попрошу! — вскинулся Жинко.

— О чем ты можешь просить? — усмехнулся Концевой. — Боевой офицер… Собираясь сюда, я поинтересовался, кого пригласили в студию. Привык, видите ли, знать, с кем имею дело. Навел справки. Вот! — он достал из кармана и протянул ведущему сложенный листок. — Выписка из личного дела этого типа. Взгляните. Не был он в Афганистане. Дальше Ташкента не залетал. Служил в ГлавПУРе под крылом у своего папеньки-генерала. Типичный паркетный шаркун. Будешь возражать? — он посмотрел на Жинко.