— Я сам собирался передать «Портал» государству — только позже. Но если нужно сейчас…

— Почему вы отказываетесь от денег? — спросил Назарбаев.

— Мне они не нужны, а моим детям вредны.

Главы государств переглянулись.

— Но у меня будут условия.

— Какие? — насторожился Путин.

— Сделка не разглашается — по крайней мере, пока. Пусть все продолжают думать, что ресурс частный.

— Зачем? — поинтересовался Назарбаев.

— Так мы сохраним влияние на умы зарубежных пользователей. Частным СМИ они доверяют больше.

— Разумно, — согласился Путин. — Согласен.

Остальные кивнули.

— Второе. Я остаюсь пожизненным руководителем «Портала». Если решу уйти, то выберу преемника. И его утвердят. Не хочу, чтобы пришлый варяг развалил компанию.

— Насчет варяга вы зря, — сказал Долгих. — Сами хотели просить вас остаться.

— И последнее. Прибыль от «Портала» направляется на социальные нужды. Строительство клиник, школ, детских садов, оснащение их необходимым оборудованием. Определять, какие объекты финансировать, будем мы.

— Не доверяете Совету? — прищурился Путин.

— Отнюдь, — возразил я. — Но мне будет приятно, если деньги «Портала» пойдут на конкретные дела, а не растворятся в бюджете. Моим сотрудникам это прибавит мотивации.

— Думаю, можно принять, — сказал Владимир Иванович. — Но с одним условием. Финансирование будет распределяться равными долями среди государств СНГ. Любое из них в случае нехватки средств, скажем, для возведения особо значимого объекта, может попросить партнера уступить его долю с возвратом таковой на будущий год.

— Или добавить средств из своего бюджета, — заметил Лукашенко и подмигнул мне.

— Согласен, — сказал я.

На том и порешили.

В 2012 году Союз отметил 25 лет «Неправильного путча». Торжеств по этому поводу не было — ГКЧП стал катализатором распада СССР. Высший Совет СНГ ограничился заявлением, в котором констатировал неизбежность перемен и своевременность принятых мер. Коммунисты провели демонстрации протеста. Они и в этом времени — вечно вчерашние. А вот телевидение и печать событие отметили. Для журналистов ГКЧП открыл дорогу к свободе. Первый канал союзного телевидения организовал ток-шоу в прямом эфире. Пригласили меня. Я прилетел. Меня провели в кабинет для гостей, где я увидел Концевого. Постаревшего и поседевшего, но по-прежнему стройного и подтянутого. Мы обнялись.

— Давно не видел тебя, Сережа! — сказал Константин Константинович, отступив. — Или ты теперь Сергей Александрович и никак иначе?

В глазах его прыгали веселые огоньки.

— Для вас, конечно, Сергей, — сказал я. — Другим тоже можно, но предпочитают по отчеству.