[1] Белорусский аналог «Березки».
20.
Позвонили мне спустя неделю после отправки письма. К телефону подошла Лиля.
— Тебя! — сказала, протягивая трубку.
Я взял.
— Здравствуйте, Сергей Александрович! — раздался в трубке приятный мужской голос. — Меня зовут Владимир Павлович. Я помощник Петра Мироновича Машерова.
— Добрый день! — сказал я. — Слушаю.
— Мы получили ваше письмо. Я доложил о нем Петру Мироновичу. Он заинтересовался. Все обстоит так, как вы пишете?
— Ручаюсь за каждое слово.
— И образцы… продукции у вас?
— В гараже у отца.
— Тогда сделаем так. Вы отвезете их на Минский протезный завод. Адрес: Одоевского, 10.
— Знаю, — сказал я.
— Директору я позвоню. Подготовьте все к показу. Завтра в девять утра Петр Миронович заедет посмотреть. Успеете?
— Без вопросов, — заверил я.
— Позвоните мне, как справитесь. Мой телефон…
Положив трубку, я записал номер и стал накручивать диск. Отец оказался на месте. Я рассказал ему о разговоре.
— Сам Машеров? — не поверил он.
— Именно.
— Ох, сынок! — вздохнул он. — Ты даешь! Времени совсем мало — третий час дня. Будь дома. Сейчас подъеду.
Прилетел отец спустя двадцать минут. Учитывая расстояние — гнал. Хорошо, что гаишнику не попался. Хотя в этом времени они нормальные, к водителям попусту не цепляются. Хорошо еще, что поставив на учет «Фольксваген», мы загрузили образцы в машину. Ждали.
Отец подкатил к подъезду. Я увидел машину через окно и выбежал из квартиры. Лиля успела меня поцеловать. Новость потрясла ее не меньше отца. О своих планах родственникам я сообщил заранее. Удивительно, но мое желание помочь инвалидам не вызвало отторжения. Быть богатым в СССР неприлично. Это в моем времени перед миллионерами станут пресмыкаться и лизать им зад. Здесь представление другое. Получил много денег — помоги другим. Но одно дело знать о планах, другое — увидеть их воплощение.
От улицы «Правды» до Одоевского мы домчались в один миг.
— К директору! — сообщил я вахтеру на проходной.
Тот очумело глянул на «Фольксваген» и открыл ворота. На заводе нас ждали. Не успел «Фольксваген» притормозить перед заводоуправлением, как из его дверей выбежал немолодой человек в костюме и галстуке. Слегка встрепанный.
— Вы Девойно? — спросил нервно.
— Да, — сообщил я. — А вы — директор?
— Меня зовут Виктор Петрович, — закивал он. — Мне только что позвонили. Вы привезли образцы?
— В машине, — сказал я. — Куда несем?
— Ко мне в кабинет, — он завертел головой. — Сейчас. Хацкевич! — окликнул он проходившего мимо молодого рабочего. — Помогай!
В четыре руки мы оттащили коробки на второй этаж. Отец вернулся за инструментами и костылями. Я тем временем вытаскивал из коробок образцы протезов и раскладывал их на столе. Директор не удержался и взял один.