Бильдерлинг победоносно посмотрел на коллег.

— А кто же, по-вашему, написал роман? — спросил я.

— Не знаю! — хмыкнул этот козел. — Но явно не вы.

Я ощутил, как изнутри поднимается раздражение. И голова побаливает после вчерашнего. Не стоило мешать коньяк с водкой… Я встал и вышел из-за стола.

— Не откажетесь подойти ко мне?

Бильдерлинг глянул настороженно.

— Не беспокойтесь, я не стану вас кусать.

Журналисты засмеялись. Бильдерлинг дернул плечами, но подошел. Операторы с камерами, ощутив запах сенсации, рванулись к нам.

— Присядьте! — я подвинул ему стул. — Обопритесь о спинку, расслабьтесь.

— Зачем? — насторожился Бильдерлинг.

— Я вам кое-что покажу. Не волнуйтесь, это не больно.

Он хмыкнул, но подчинился. Я подождал, пока он перестанет ерзать, и извлек из кармана шарик на нитке. Привез. Как чувствовал, что понадобится.

— Смотрите на шарик, внимательно.

Спекся он скоро. Ну, так на нервах. Задать вопрос, идущий вразрез с ходом пресс-конференции, совсем не просто, кто бы что об этом ни думал. Журналисты — циники, но и они люди.

— Ваше тело отяжелело, веки ползут вниз. Вам тепло и приятно. Голова начинает вращаться на шее…

Сальная тыковка стала описывать круги. По аудитории будто прокатился вздох. Я спрятал шарик в карман.

— Вы и в самом деле не верите, что я писатель, герр Бильдерлинг?

— Верю, — прошелестел ответ. — Но главный редактор велел так сказать.

— Зачем?

— Он не любит русских.

Понятно. Уж мы вас душили, душили…

— Вам хорошо, герр Бильдерлинг?

— Да.

— Тогда наслаждайтесь.

Я отступил и повернулся к аудитории. Та оторопело смотрела на крутящего головой коллегу.

— Кто-нибудь еще сомневается, что я автор «Экстрасенса»?

Первой не выдержала журналистка, сидевшая в первом ряду. Она прыснула и зааплодировала. Спустя мгновение ее поддержали другие. Аплодисменты привели Бильдерлинга в чувство. Он очумело посмотрел на хлопающих в ладоши коллег, затем вскочил и выбежал из зала. Следом, смеясь и переговариваясь, потянулись и другие журналисты. Ко мне подошел Циммерман.

— Экселент, герр Девойно! Колоссаль! Это покажут в выпусках новостей всех телеканалов.

Он затряс мне руку.

— Небольшой скандал — лучшая реклама. Ведь так? — подмигнул я.

— Приятно иметь дело со знающим человеком, — улыбнулся он. — Вы удивили меня, герр Девойно.

— То ли еще будет, — пообещал я. — Не откажетесь уделить мне несколько минут, герр Циммерман? У меня к вам деловое предложение.

— Приватный разговор? — сощурился он. — Тет а тет?

— У меня нет секретов от моих товарищей

— Несколько минут найду, — согласился он.

Циммерман, я и присоединившиеся Панкин с Юрой прошли в кабинет главного редактора на стенде издательства. По пути председатель ВААП бросал на меня настороженные взгляды: дескать, что это еще за выходка? В ответ я делал невинное лицо.