— Чего сделали?
— Ну, фороче, эфо…тифа тофо…фесть фут офин муфанф…
Продолжать рассказ пленнику пришлось уже в нашей машине — пацаны просигналили, что все загружено, и я отволок им в нагрузку еще и этот «подарочек», по пути выяснив, как его зовут. Андрей, по прозвищу Буль. Пока его запихивали в багажник, я не поленился дойти до перевернутой тачки, прихватив с собой одну из пробитых пулями канистр, в которой плескалось на дне литра четыре бензина. Плеснув от души на все сидения спереди, я забросил канистру в салон. Отошел на пару метров в сторону и достал упаковку незадуваемых, так называемых «охотничьих», спичек. Придирчиво оглядел себя, убеждаясь в том, что я не облился бензином, и чиркнул одной. Подождал, пока спичка разгорится, и швырнул ее на капот чужой тачки.
Бензин полыхнул со вспышкой — пары успели накопиться в салоне, так что из окон джипа пыхнуло вверх метра на полтора, и он бодро заполыхал, выбрасывая черный чадящий дым. Я вскочил за руль своего Икса и завел машинку. Отъехав метров на десять, вынул из разгруза сигнал охотника и запулил ракету во второй разбитый автомобиль.
Зачем так? Да очень просто. Там внутри было разлито литров пятьдесят бензина. И он все это время еще активно вытекал наружу через щели в дверях. Плюс те цинки, которые выстрелами раскидало по салону. Парни гарантированно не слишком старались, собирая среди крови и мозгов раскиданные пачки с патронами. Так что этот джип представлял собой отличную бомбу, которую поджигать нужно было с предосторожностями.
Шарахнуло так, что мою машину аж качнуло. Подозреваю, что дым и вспышку видели все, кто того хотел. Ну и плевать. Я и не собирался сейчас двигаться тихо. Те, кто сочли себя местными хозяевами дорог, должны сейчас в глубоком непонимании засесть на своей базе, и пытаться понять, кто это такой наглый едет по их земле. А мы тем временем «под шумок» проскочим их территорию.
Отмотав по трассе километров десять от места боя, я увидел слева от дороги что–то вроде старого съезда, которым давно не пользовался никто — он зарос травой в человеческий рост. Чирок нырнул в заросли, легко проломившись через сухостой. И тут меня посетила мысль, что если хоть кто–то поедет по этой дороге, то сразу же увидит сломанную траву. И свежую колею. Замаскировать такое было невозможно, так что…
Когда мы паковали багажник машины, ко мне пришел Пряник и без особых предисловий выложил из сумки передо мной две коробки.
— Что это?
— Со склада той лаборатории. Нашел среди всякого другого натовского добра. Я прихватил, чтобы никто не поранился по дури. Держи.