Перед моим взглядом предстала изящная линия спины, на белой коже которой отчётливо были видны ещё даже не начавшие цвести кровоподтёки. Один из синяков находился в области рёбер и очевидно это место болело, потому что Олия старалась не дотрагиваться до него, когда торопливо плескала на себя воду, стараясь без каких-либо дополнительных принадлежностей типа мыла, смыть с себя грязь. Надеюсь, что рёбра у неё всё-таки не сломаны, иначе очень скоро она будет чувствовать острую боль в них при малейшем движении. Я сам не заметил, как рука опустилась на рукоять меча, который я предусмотрительно вложил в ножны, когда начал спуск к воде.

И тут вода задрожала, по ней пошла рябь, а пол пещеры существенно вздрогнул. Что за…

— Ваше высочество, быстрее, выходите оттуда, искажение пошло! — закричал Конор, но его голос потонул в странном гуле, идущем откуда-то из-под земли.

Я с трудом удержал равновесие, а когда дрожь земли вроде бы стихла, то увидел, что Олия уже почти выбралась на берег. Её окунуло с головой, с коротких волос стекала вода, но девушка упорно карабкалась на берег.

— Быстро, — я схватил протянутую руку и рывком вытянул её из воды. Схватил рубашку и натянул на неё через голову. Затем натянул штаны, хоть это и было и трудновато, учитывая, что штаны были узкими, а тело Олии мокрое, но я справился. Затем белые тряпицы на ноги, потом рассмотрим их на предмет ранений. Ноги в этом подобие портянок в сапожки и уже спустя пару минут мы бежали по склону к выходу из пещеры.

Конор и Вольф ждали нас, при этом рыцарь, не отрываясь, смотрел на мальчишку, словно от Конора зависело — успеем ли мы выбраться или будем здесь похоронены?

Мы почти успели. С Олией нам удалось выбраться на тропу, по которой мы бросились бежать к выходу, но тут стены пещеры задрожали, гул усилился, а пол начал колыхаться с такой силой, что устоять на ногах ни для кого из нас не представлялось возможным.

Мы повалились на ходящую ходуном землю, и тут у стены, куда мы катились, потому что подняться не представлялось возможным, начал открываться люк. Только это был не люк в привычном нам смысле — это было отверстие в стене, которое открывалось по всей её длине, этакая щель, которая всё увеличивалась и увеличивалась.

Откуда-то подул сильный ветер, которого здесь вообще быть не могло, и нас потянуло в люк всё быстрее и быстрее. И не представлялось возможным даже за края щели зацепиться: нас просто забросило внутрь, и мы не полетели вниз, мы поехали по металлической, очень гладкой трубе, наращивая скорость.

Приземление получилось довольно мягким, во всяком случае никто из нас сильно не пострадал. Я подтянул к себе Олию и довольно бесцеремонно прощупал рёбра. Она несколько раз пискнула и попыталась вырваться, но я отпустил её только тогда, когда убедился, что рёбра всё-таки не сломаны.