На ноге они сидели, как кусок откровенного дерьма, постоянно при ходьбе подошва уходила куда-то в сторону. Сами выглядели получше отечественных, но только немного. И рассыпались за год, я сказал родителям больше мне самим ничего не покупать.

Так что такой самопал — зря выброшенные деньги, тем более, когда за него просят здесь девяносто рублей, хотя какая-то очередь из примеряющих все же имеется. Продавец с характерной восточной внешностью обещает всем покупателям принести подходящую по ноге пару через полчаса. Значит, где-то у него тут во дворах машина стоит со всеми размерами, полная товара. Или комната имеется с товаром, до которой он доберется, надежно проверив отсутствие слежки за собой.

Сегодня родительские деньги я не стал брать с собой, не хочу рисковать парой сотен рублей. Сначала хорошо осмотрюсь, да еще правильнее всего будет устроить где-то на чердаке тайник. Сначала придется с дверью поработать как следует, чтобы я мог проникнуть туда в любую минуту, когда потребуется. И чтобы никто за мной не смог проскользнуть в такой волнительный момент. Кое-что я придумал, поэтому придется обзавестись инструментами и фонариком, немного на них потратиться.

В отличие от дома, где находится ЛОК, в соседнем доме с двором есть нормальный чердак, я не спеша обхожу все подъезды, а их тут целых шесть, особенно внимательно присматриваясь к тем, около которых стоят мои знакомые.

Если милиция или опера нарисуются от арки проезда, лучше находиться от них подальше, за двухэтажной пристройкой, стоящей по центру двора. Тогда можно незаметно проскользнуть в подъезд и спрятаться на чердаке. Или даже заметно, что получится, скорее всего, но все равно обезопаситься от задержания. Вопрос имеется только в том, как устроить так, чтобы опера или сержанты не полезли за тобой туда же, поэтому я обдумываю его всерьез.

Походив еще десять минут вокруг дома, я все же пристроился к знакомым мужикам, достал пару книг и простоял так с часок, однако ничего не продал. Впрочем, и у моих соседей дела идут не очень, они продали еще одну книгу за десятку. Зато в конце торгового дня, уже где-то к часу дня, предложили купить у меня томик Булгакова за двенадцать рублей, на восемь дешевле его стоимости у меня.

— Давай купим, чего тебе тут с ним стоять! — предложил один из них, который более разговорчивый.

Я, конечно, отказался:

«За пятнадцать я и сам продам книгу за один день, — подумал я. — Мне нужно пока в сам процесс нормально вписаться, поговорить с народом и побольше для себя всяких возможных здесь тем определить».