Я промолчал, не зная даже, что и ответить на подобный посыл после недавно случившейся близости.
Не то, чтобы я конкретно против встреч с настолько деловой девушкой, однако ее предложение слишком серьезно, чтобы обещать ей что-то вот так, с полного кондачка.
— Мы еще так мало знакомы… — робко начал я, однако меня решительно прервали.
— Не звони мне больше, ни к чему, — подвела она итог нашему общению и, резко развернувшись, зашагала к метро, показывая на редкость красивые ноги.
Да, а к шмоньке мы тоже прокатились с операцией возмездия, сколотив компанию побольше, и даже отлупили несколько ее попавшихся представителей по пути.
Однако, посмотрев на здоровенную общагу мореходчиков вблизи и представив, сколько там может оказаться противников. Тоже достаточно взрослых парней, отслуживших уже в армии, решили, что подвигов здесь на сегодня хватит и на вовремя подвернувшемся трамвайчике совершили тактическое отступление из вражеского района.
Все же не успокоились на этом, ворвались на сам вокзал, где при полном попустительстве милиции погоняли мореходчиков и попавших под руку сухопутных курсантов. Даже спустились на платформу в метро, где занялись тем же самым, перекрыв сверху и снизу эскалаторы. Попавшие в ловушку немногочисленные мореходчики попрыгали на неработающий центральный эскалатор и там стояли ждали, когда мы уйдем.
Потом нашу толпу с пыльника разогнали наши же начальники, срочно вызванные по данному поводу в училище, на этом все веселье закончилось. В общем, выступили главными доминаторами на Балтийском вокзале и прилегающих к нему пространствах, подтвердили, что здесь наше законное место, и на этом успокоились.
Вот и сейчас Юлечку бьет хорошо понятная мне адреналиновая дрожь, поэтому мы поднимаемся на небольшую горку, где долго целуемся всласть под шумящими соснами.
«Однако, как гормоны в молодом теле прыгают!» — пусть голова немного отстраненно посматривает на меня самого со стороны, организм подростка не желает на все подобное обращать внимания, его реально уносит в небеса.
Когда я чувствую высокую грудь Юлечки своим телом даже под зимней одеждой, меня бросает в томительный жар, губы умело впиваются в ее приоткрытый ротик, а время, когда ей уже пора спешить домой, проносится мгновенно.
Домой возвращаюсь, прямо уставший до смерти и перевозбужденный до предела долгим прощанием с Юлечкой в подъезде ее дома.
Скажу откровенно, молодому организму все эти обнимашки и поцелуи до опухших губ очень нравятся. В данный момент взрослое сознание куда-то стыдливо исчезает, прикрывает свои опытные глаза, не мешает молодому телу наслаждаться. Нет какого-то сильного противоречия между тем, что я делаю, и тем, что знаю и помню, не сказать, чтобы меня подобная ситуация не радовала откровенно.