До Садовой можно и на попутном транспорте, том же трамвайчике, пару остановок проехать до кинотеатра «Рекорд», в котором я часто смотрел кино на младших курсах. Там всего-то сто метров пройти остается до нужного места.

Нечего говорить, что в субботу с утра я уже оказался около того самого закрытого сейчас храма эстонской православной общины и, значит, около нужного дома.

Даже выехал пораньше из города, чтобы не пропустить самое начало, в сумке четыре книги попроще из того, что осталось. Около входа в помещение на широком тротуаре уже стоят люди, что-то рассматривают друг у друга и негромко обсуждают, похоже, те самые коллекционеры, кого не пускают в ЛОК.

Прохожу мимо них, тоже рассматриваю коллекции монет, попадаются еще марки и даже пластинки есть. Плохо, что внутреннего двора со стороны улицы нет, только один подъезд рядом, наверно, придется в нем дела вести.

Зато двор есть в соседнем доме, я захожу туда, чтобы провести разведку на местности. Народ активно заходит в подъезды и в тот же двор, когда присмотрятся к вещам друг друга и начинают договариваться о продаже или обмене.

Я, как уже достаточно пуганый заяц, тоже поднялся по лестницам до самого чердака, дом-то всего трехэтажный, не считая цокольного этажа, и внимательно изучил двери на чердак. Сразу же ищу себе пути возможного отхода, если начнется милицейская облава.

«А они здесь точно бывают, судя по осторожности поведения и некоторым высказываниям среди народа», — уже понял я.

Да еще продавцы с покупателями головой вертят изо всех сил, ведь просто само нахождение на месте стихийного рынка уже обещает проблемы по всем советским, даже не законам, а понятиям.

Когда тебя прихватывают за одно нахождение в подобном месте, потом штрафуют безо всяких доказательств и отправляют черную метку на работу. Без любой зафиксированной сделки по покупке или продаже, просто за одно нахождение рядом с толкучкой — совсем ведь подобное незаконно. Требуется какое-то зафиксированное, как положено, действие с нарушением закона, однако никто из властей не хочет разбираться в таком деле досконально.

Как раз в окошко на лестнице увидел своих постоянных покупателей с Рижского. Идут оба, не спеша присматриваясь к народу, у каждого при себе по чем-то набитой матерчатой сумке. Уверен, что увижу у них свои книги, часть из них точно.

«Значит, они здесь тоже продают, поэтому не сильно обрадуются, увидев меня. Ничего, подобную неприятность я переживу вполне, лишь бы не мешали торговать, — сразу понимаю я. — Теперь пора продумать правильное отступление из подъезда».