- Во время долгого морского плавания вода в бочках быстро застаивалась и приобретала неприятный вкус из-за развивающихся бактерий.
- Пираты добавляли в неё небольшое количество рома, обеззараживая жидкость и удаляя из неё накопленные микробы, - делая большой глоток, парень протянул мне термос с чаем, - Полина, за твое здоровье! – он широко, искренне улыбнулся.
Ответив на улыбку, я пригубила горячий напиток, почувствовав, как по озябшему телу молниеносно распространяется волшебное тепло, после чего вернула тару Воронову.
- А еще ром был инструментом для борьбы с растущим недовольством в коллективе. Капитаны угощали им пиратов, чтобы избегать бунтов и поднимать боевой дух, - он пригубил наш особый напиток.
Было в этом нечто волнующее и интимное – пить один «чай» на двоих, тесно прижимаясь друг к другу. Я вдруг осознала, что этот день рождения не так уж плох…
- Кстати, глубже в лесу есть водопад. Я практически до него дошел, - Сашка как ни в чем не бывало улыбнулся, вновь поднося термофлягу к губам.
- Ты предлагаешь искупаться в ледяной воде? – с трудом подавляя истеричный смешок.
- А тебе слабо? – усмехаясь себе под нос.
- Воронов, ты хоть представляешь, сколько она сейчас градусов? – от одних только мыслей о «ледяной купели» мое тело покрылось россыпью мурашек.
Я непроизвольно потянулась к фляге с «чаем», хихикая, потому что Сашка вдруг пригубил ром прямо из горла пузатой бутылки, очевидно, чтобы согреться.
- Саш, куртку одень! Так можно и воспаление легких сцапать… – пихая этого «моржа», все еще разгуливающего в одной футболке.
- Да брось. Я толстокожий, - Воронов лишь отмахнулся, вперив в меня какой-то новый, неопределённый взгляд, - Тем более, от костра жар идет – я, наоборот, вспотел.
Глаза в глаза. И… усиливающееся ощущение дурмана в голове.
Не сразу сообразив, что засмотрелась на него, я медленно рвано выдохнула сквозь стиснутые зубы, выдавив из себя натянутую улыбку. Саша замер, задышав подозрительно тяжело.
Пить. Мне срочно захотелось пить, и… вместо чая, я на автомате потянулась к прилично убывшей бутылке с ромом, случайно задевая его пальцы. Я сделала большой глоток… Правда, уже спустя миг закашлялась, как матерый пират с цингой.
- Поль, аккуратнее… - Воронов постучал мне по спине, - Ром, не вода, - с легким глумлением: его полных губ коснулась нахальная улыбка.
Сглотнув, я силилась вытравить из опьянённой головы желание легонько куснуть Сашку за губу. Куснуть, а потом нежно, чувственно поцеловать.
Возможно, из-за внутренней борьбы, между нами снова установилась та странная тишина. Казалось, воздуха становится катастрофически мало, хоть мы и находились на опушке леса.