- Поль, ты наши бластеры не видела?! – буквально ворвался в домик мой братишка Захар. – Ой, Сашка, и ты здесь… – он как-то натужно рассмеялся.
- Зачем мне ваши бластеры? – я закатила глаза, пихая Воронова к выходу. – А Саша уже уходит… – с нажимом.
- Точно не брала бластеры? – недоверчиво прищурившись, уточнил мелкий хулиган.
- Иди уже, а? – я погрозила ему кулаком.
- Ну, смотри у меня. Если мы с братом узнаем… – Захар дерзко прищурился в духе придурковатых блогеров-миллионников, которых он так любил смотреть.
- Кстати, Саш, – братишка хлопнул себя по лбу. – Там тебя твоя девушка искала… Вся в слезах…
- В слезах? – Воронов выглядел одновременно растерянным и раздраженным. – Надеюсь, ты услышала то, что я пытался до тебя донести? – шепнул он мне сквозь стиснутые зубы.
На прощание я одарила его легкомысленной улыбкой, намеренно излишне откровенно мажа кончиками пальцев по своим приоткрытым губам.
Услышать-то я его услышала, но с чего он взял, что я поспешу подчиниться?
Кроме того, не давало покоя, что же так расстроило «Агушу»? Аж до слез… Может мадам просто перепила? Я где-то читала, что после определенного момента опьянения наступает стадия, когда даже самая незначительная мелочь способна довести до слез.
Вздохнув, я отправилась в душ, медленно избавляясь от одежды. Застыв около зеркала в кружевном нижнем белье, я скользнула по своей фигуре оценивающим взглядом.
За последний год моя грудь, которая сейчас была соблазнительно приподнята косточками бюстгальтера, еще немного подросла, окончательно оформившись. Сквозь тонкое кружево проступали едва заметные розовые ореолы сосков.
Что-то вроде фетиша, внимательно себя разглядывать перед тем, как принять душ.
Возможно, я заимела эту привычку из-за позднего полового созревания. В норме менструация у девочек начинается в возрасте двенадцати-тринадцати лет, но, увы, это был не мой случай.
Даже на пятнадцатилетие чуда не случилось, хотя мы с мамой еще накануне моего четырнадцатого день рождения обошли всех именитых гинекологов.
Кто-то советовал подождать, ведь детский организм – довольно хрупкая система, и мой никак не хотел из девочки превращаться в девушку.
Кто-то рекомендовал гормональное лечение, однако факт оставался фактом – мне диагностировали задержку полового созревания.
Долгожданные заплутавшие «красные» дни календаря сами пришли за несколько недель до шестнадцатилетия.
Когда это произошло, от радости я чуть ли не прыгала до потолка, сбаламутив маму вместе со мной отметить столь важное событие в жизни каждой женщины – в местной кондитерской мы набрали пирожных «красный бархат», и, многозначительно переглядываясь, запивали их чаем каркаде.