Она была идеальна. Небесное создание. Наконец, моя. Теперь уже я не сомневался, что даже толпа наших разъяренных родственников не сможет нам помешать…
Каждый мой толчок заставлял её ягодицы вздрагивать, а дыхание сбиваться.
- Нравится, как мы занимаемся любовью?
Никогда не разговаривал во время секса, считая это каким-то долбоебизмом, но сегодня все было иначе – мне хотелось ее слышать, чувствовать, понимать.
Раньше женский оргазм был для меня чем-то вроде констатации собственной крутости. Я понятия не имел, какого это – реально ставить чужое удовольствие превыше своего… чтобы не разочаровать свою девочку.
- Очень нравится, – прошептала Полина. – Да, Саш... вот так...
Я ускорился, но не стал сразу входить глубже.
Короткие, частые толчки заставили Полю застонать протяжнее, ее пальцы проехались по простыне. Усмехнувшись, я намеренно продолжил этот бешеный, но неглубокий ритм.
Спина Полины покрылась мурашками, а я, наконец, сменил тактику.
Одной рукой я притянул ее ближе к себе, а другой – раздвинул ее ягодицы шире, чтобы войти еще глубже. Один долгий, мощный толчок… И … моя девочка вскрикнула, ее тело напряглось.
- Вот ... вот так... – ее голос дрожал.
Я начал чередовать: несколько неглубоких, быстрых движений … и затем один длинный, медленный толчок, до самого конца. Полина теряла голову, ее стоны становились все громче, задушеннее…
- Воронов… Я ... я – она задыхалась, когда я внезапно полностью вышел, а затем одним резким движением снова вошел в нее до упора.
Тело Левицкой затряслось, но я не давал ей передышки. Теперь я трахал ее с размахом – то почти выходя полностью, то вгоняя в нее свой член целиком, меняя угол так, чтобы каждый раз задевать самые чувствительные точки.
- Кончаешь? – прошептал я, чувствуя, как ее стенки начали конвульсивно сжиматься.
Полина не ответила, жалобно всхлипнув, когда ее накрыл оргазм.
А я, ощущая, как ее тело ритмично стискивает меня, наконец, позволил себе отпустить контроль. Последние толчки были хаотичными, глубокими и жесткими, пока я не излился ей на спину, рухнув рядом на смятых простынях…
Обтерев девчонку ее же пижамным топом, мои руки обвили ее, прижимая крепче.
- Теперь ты, кстати, официально моя девушка…
Я не отпускал ее даже после того, как наши тела окончательно обессилели. Мои пальцы лениво скользили по ее животу, чувствуя, как по тонкой коже курсируют мурашки.
- Ты в порядке? – прошептал я, целуя ее мокрую от пота шею.
Полина лишь слабо кивнула, похоже, слишком измотанная, чтобы говорить. Но через мгновение девочка перевернулась ко мне лицом. Ее глаза, все еще темные от недавнего удовольствия, внимательно изучали мое лицо.