В холле, сразу за стеклянными дверями, стояли две металлические дуги. Как в аэропорту, только металл матовый, тёмно-серый, подозрительно похожий на абсольвиум. Ни надписей, ни лампочек, ни охранника рядом. И холл выстроен так, что мимо не пройдёшь при всём желании.
Апогей двинулся первым.
За полшага до арки он подобрался. Так делают перед тем, как нырнуть в холодную воду.
На мгновение, ровно когда белобрысый придурок проскользнул сквозь дугу, его слащавая улыбка пропала. Совсем. Челюсть выступила вперёд, зубы сжались. Стоило Воронцову оказаться по ту сторону рамки, он сразу расслабился. Такое чувство, будто его скрутило судорогой, а теперь отпустило.
Если учесть, что Апогей на сегодня считается самым сильным одарённым, могу представить, как беднягу долбит из-за абсольвиума. Надо отдать должное, он даже неплохо держится.
Воронцов обернулся, посмотрел на меня. Снова появилась улыбка. Правда, пару секунд она была больше похожа на гримасу боли.
— Не бойтесь. — Он сделал приглашающий жест рукой. — Идите сюда. Таковы правила безопасности.
И вот тут мне сильно не понравился взгляд Апогея. Он был слишком внимательным. Словно белобрысый с нетерпением ждёт момента, когда я пройду под аркой. Пришлось срочно запросить информационной поддержки у телепатической пиявки.
«Эй, Мозгоед, какого чёрта происходит?»
«Абсольвиум, — спокойно ответил он. —Ты что, не чувств… А, чёрт. Да. Ты не чувствуешь. Это прикол Совета Старейших. Им нравится сама мысль о том, что крутыши из Девятки вынуждены по нескольку раз в день испытывать очень поганые ощущения. Типа напоминания, кто в доме хозяин».
«Так… И? Мне-то что делать?»
«Да ни хрена. Иди. С тобой точно будет иначе. Кстати, отличная идея. Ты пройдёшь через рамку и ни черта не почувствуешь. Улыбчивый мальчик решит, что Дар у тебя слабенький. Глядишь, тогда новая игрушка утратит свою привлекательность».
«А с тобой что-то случится?»
«Псих, мелкий ты сучоныш, я слышу в твоём голосе надежду. Расслабься, мне тоже ничего не будет. Я же внутри тебя, мой упрямый ездовой осёл».
«Пошёл на хрен» , — прокомментировал я последнее заявление телепата и спокойно двинул вперёд.
На всякий случай приготовился ко всему. Вдруг именно сейчас моя особенность не сработает.
Шагнул под арку. Стало… ну, наверное, щекотно, неприятненько.
Всё. Секунда — и прошло.
Вышел с другой стороны, сразу посмотрел на Апогея. Он тоже пялился на меня и вроде как выглядел разочарованным.
— Ну как? — поинтересовался Воронцов.
— Нормально, — пожал я плечами, типа, не понимаю сути вопроса.
— Совсем нормально? — переспросил он.