— Иван Сергеевич, а телек тут нигде не заныкан?
— Нет, — коротко ответил цербер.
— А в других боксах? Может, у кого-нибудь есть? В долг попросить, если что.
— Никонов, тебе зачем?
— Так сегодня же двадцать пятое, — Толик посмотрел на Зубова как на дурака. — Ежегодная церемония Авангарда. Прямая трансляция с восьми вечера. Вся страна смотреть будет.
Я повернулся к Гнусу, а потом уточнил:
— Какая церемония?
— Ооооо… ну ты даёшь. — Гнус наконец полностью проснулся и оживился. — Вся Конфедерация ждёт этого события, Псих! Раз в год Авангард вручает награды своим одарённым. Всем. Там не только Девятка. Лучший подвиг, лучшее спасение, лучший удар, лучшая сердечность и доброта — вот это всё. Зал забит под завязку, красная дорожка, журналюги. Мы в интернате каждый год в комнате отдыха смотрели, ты чего, не помнишь?
А я как бы реально не помнил, потому что раньше мне на всё это было плевать.
— Там знаешь, сколько народу? — Толика уже понесло. — Полторы тысячи в зале. И камеры со всех сторон. В прошлом году Панацея вручала статуэтку какому-то мужику из Новосибирского Авангарда, который детей из завала вытащил, так она в платье была… — он мечтательно закатил глаза. Потом резко повернулся к Зубову: — Иван Сергеевич, ну реально, а? Может, где-нибудь телек найдём?
— Нет, — отрезал цербер.
— Ну хоть в кафешке…
— Никонов.
Толик заткнулся и обиженно отвернулся в сторону.
А я очень активно думал.
Сегодня в восемь вечера в одном зале соберутся все сразу. Девятка. Совет. Полторы тысячи зрителей. И прямая трансляция на всю Конфедерацию. Прямая. То есть без монтажа.
«Ох ты ж… — тихо сказал Мозгоед. — Псих, ты сейчас подумал то, что я подумал?»
«Похоже на то».
«Тогда я вынужден признать: иногда твоя чугунная башка выдаёт занятные вещи».
— Гнус, — позвал я.
— Ну? — Толик всё ещё дулся.
— Трансляция точно прямая?
— Ясен хрен, прямая. Это ж главное шоу года. — Он пожал плечами. — А чего?
— Ничего, — я усмехнулся и посмотрел на Зубова. — Ты хотел план, Иван Сергеевич. Ну всё. Он у нас есть.
Глава 19
Прежде чем пояснить свою громкую фразу, я самым бессовестным образом потребовал завтрак. Причин на самом деле было две. Дело не только в том, что мне до одури хотелось закинуть в рот что-то съедобное, хотя и это тоже. Важнее второй момент.
После того как Гнус рассказал про церемонию, я понял только одно — надо попасть на это мероприятие. А как именно попасть, что там говорить и в какой момент, представлял себе крайне приблизительно. Полчаса за столом мне нужны были для того, чтобы окончательно всё разложить по полочкам в собственной голове.