Протянул мне.
— Держи. Если что — звони. По любому вопросу. Меня напрямую сложно поймать, там секретарь ответит. Скажешь: «Витя из ювелирки». Нас сразу свяжут.
Вот тут даже я понимал, что отказываться нельзя. Пришлось взять.
— Спасибо, — сказал вслух.
Спрятал визитку в карман.
Апогей отступил на полшага. Обвёл взглядом меня, Гнуса. Опять улыбнулся. Интересно, у него от такого количества улыбок к вечеру скулы не клинит?
— Берегите себя, ребят. Мир жестокий. Всякое бывает.
Развернулся и двинул прочь. Не спеша, вразвалочку. Прошёл сквозь толпу, снова начал раздавать поцелуи, автографы, обнимашки. Фанаты взвыли с новой силой. Народный герой вернулся к своим прямым обязанностям.
Мы с Гнусом ещё постояли пару секунд. Потом я схватил его за рукав.
— Пошли. Быстро.
И рванул из ювелирного магазина.
Глава 3
Мы выскочили из торгового центра как ошпаренные. Вернее, это я выскочил. Гнус бежал за мной, но явно не разделял моего желания оказаться подальше от этого места.
— Псих, а ты видел, какие у него нашивки на куртке? Реально золотые. Сука, стоял в двух шагах от меня. В двух! Кому расскажи — не поверят!
Я резко остановился. Дернул Толика за куртку, развернул к себе.
— Не надо никому рассказывать. Ясно? Забудь вообще про эту встречу.
— Да ясно, ясно, — Гнус недовольно скривился. — Ты в натуре псих. Нормальные люди готовы жопу порвать, чтобы оказаться в компании Апогея. А тут он сам… Могли же нормально пожрать, между прочим. Может, он нас в офис Девятки пригласил бы. Прикинь? А там Горнило, Штиль, Мираж и Панацея…
Последнее имя Толик произнес с придыханием. Если его так в присутствии Воронцова растаращило, могу представить, что случится, когда рядом окажется Панацея. Вообще пацан с катушек слетит.
Я молча развернулся и пошел вперед. Нездоровый восторг бывшего соседа бесил меня очень сильно. Аж руки чесались, как хотелось дать ему в морду. Глядишь, мозги на место встанут.
«Вот-вот. Дай ему в морду. И я про что, — тут же поддакнул Мозгоед. —У пацана в башке черт знает что. А нам такое не надо. У нас уже есть один на голову пристукнутый. Ты.».
Телепат подумал немного, а потом со смешком добавил:
«Хотя почему один? У нас целая компания чокнутых».
«Отвяжись».
— А куртка у него, ну, реально белая, — не унимался Толик. — Как он её чистит-то? Наверное, специальная обслуга есть, а?
— Гнус.
— Ну?
— Пасть закрой. По-хорошему прошу.
Толик покосился на меня, оценил зверское выражение моей физиономии. Хмыкнул, вытащил коробок спичек из кармана, сунул одну в зубы и отвернулся. Сделал вид, будто разглядывает дома, мимо которых мы шли.