— Да что, блин, пробовать⁈ — Я оттолкнул Настю. Несильно. Просто чуть отбросил в сторону ее руки, одна из которых по-прежнему ладонью прижималась к моему лицу. — Что надо сделать⁈ Поверить, что существует этот…блин…что существует ад⁈ Настя! Даже не смешно.

— Не цепляйся к словам. Просто поверь, будто Романовская сейчас находится в какой-то параллельной реальности. Я не знаю, пока, насколько подобное возможно. Но это ведь шанс! Ты понимаешь, не могла она просто исчезнуть. Не могла! Это противоречит всему! Если бы ты ее убил, к примеру, просто распылил бы в воздухе, хоть что-то должно остаться. Хотя бы горстка пепла! А нет ничего. Ничего! Значит, просто дочь Ликвидатора находится в другом месте. Перенести ее из точки А в точку Б в пределах нашей реальности ты не смог бы. Вот это вряд ли. Хотя…ничему не удивлюсь. Но я думаю, случившееся скорее похоже на то, что ты Романовскую тупо отправил в место, которое существует в другой плоскости. Я не знаю, как объяснить. Честно.

Настя сделала шаг назад. Выглядела она уже не злой. Наверное, девчонка была расстроена. Зная ее, не удивлюсь, что сейчас причина ее расстройства — мысли об Ангелине. Уверен, Настя уже нарисовала себе воображаемую картину, как бедная, несчастная Романовская сидит в аду, в каком-нибудь котле, в кипящей смоле, а рядом прыгают черти. Или как там принято изображать Ад.

— Я прошу тебя. Попробуй…– Настя заглянула мне в глаза.

Вот ведь бессовестная девчонка. Знает, как манипулировать мной. По ее щеке скатилась одинокая слеза. Ну, собственно говоря, в этот момент я понял, как бы абсурдно не звучало то, о чем мы говорим, как бы фантастически не выглядело, я постараюсь поверить. Не выношу, когда Настя плачет.

— Да блин…хорошо. — Я решительно кивнул. — Что надо делать?

Следующие пять минут напоминали какой-то театр абсурда. Настя велела мне закрыть глаза и представить Романовскую. Детально представить. Будто Ангелина стоит прямо передо мной. В той же самой одежде, что и была, когда мы с ней сцепились. С тем же выражением лица. Главное условие, по мнению подруги, не заострять внимание на окружающей среде. На возможной окружающей среде. Так, пожалуй, точнее. Центр сосредоточения — только Романовская.

— Так… А теперь представь, что ее образ осыпается, словно падают детали. Потом ты берёшь эти детали и заново из них собираешь ее. Понял?

Я с закрытыми глазами кивнул. Честно говоря, все происходящее казалось мне нелепым. Но подумал, надо попробовать. Чтоб хотя бы для себя самого знать, я пытался.

— Твою мать… — Тихо выдохнула Настя.