— К сожалению, сейчас я нахожусь слишком далеко, чтобы приехать, но как только смогу…

— Вот тогда и поговорим! — рявкнула соседка и, прежде чем она успела бросить трубку, до Люды донеслось ворчливое: — Звонят тут, соболезнуют, а что мне с их соболезнований?

Раздались короткие гудки. Первым ее желанием было сейчас же мчаться в Искитим, но потом Люда поняла, что гораздо больше толку от нее будет здесь. Мысль, так неожиданно посетившая ее при разговоре с Надюшкой, появилась вновь, чтобы уже остаться навсегда и превратиться в руководство к действию — она должна попытаться спасти Болотина. Ведь он сейчас единственный близкий Надюшке человек. Но как это сделать?

Из дверей склада, сильно хромая, вышел Ильяс. Видимо в облике Люды что-то сильно изменилось, потому как, увидев ее, Ильяс удивленно приостановился.

А она действительно уже не чувствовала себя прежней развалиной. Страдать и переживать будем потом, сейчас у нее в жизни появилась цель.

Ильяс приблизился. Выглядел он уставшим и измотанным. Ему бы сейчас хорошенько отдохнуть, вылечить ногу…

— Я слышал звонок, — сказал он. — Кто это был?

Люда поколебалась, не зная рассказывать ли ему обо всем. Хотя конечно его помощь была бы бесценна, но разве может она просить его?

— Давай, говори, — усмехнулся Ильяс. — Я так понимаю, это звонок внес изменения в твои планы

— Да. Наверное, это прозвучит пафосно, но я должна спасти отца одной очень хорошей девочки. Она уже потеряла маму и бабушку, а если потеряет отца, то останется совсем одна на всем белом свете.

А дальше Люда рассказала ему об Анжеле, разбившемся самолете, в котором летел Болотин и его последующих смс и звонках. О том, как Анжелу сбила машина; о встрече с Маргаритой Васильевной и поездке к Надюшке; И наконец о подслушанном в больнице разговоре с Большаком и смерти Маргариты Васильевны.

— Я понимаю, — закончила она, — возможно это утопия, и мне не удастся ничего сделать для Болотина, но я должна попытаться. Если я не сделаю этого, то не смогу смотреть в глаза его дочери. Ты… меня понимаешь?

Она с надеждойпосмотрела на Ильяса. Он поскреб подбородок:

— Понимаю. А что это за ожерелье, за которым все так охотятся?

— По дороге сюда эти двое, — она с содроганием кивнула на склад, — обсуждали, что ожерелье принадлежит Большаку. Один из его людей вез ожерелье из Екатеринбурга, а когда самолет разбился, Болотин спрятал ожерелье и не хочет говорить куда.

— Значит плохо спрашивали, — усмехнулся Ильяс.

— Да, еще в больнице Большак сказал, что Болотин сначала был ему нужен, поэтому они разыграли побег. Сейчас же у него что-то поменялось, и как только Болотин отдаст ожерелье, его убьют.