— Ну и зачем они меня преследуют, эти дохляки?

— Дохляки? — я не сразу понял, что имеет в виду Антон. — Ааа, ты о нападениях? Нет-нет. На тебя не дохляки нападали, а нечисть.

— И в чём разница?

— Дохляки это нежить, не до конца умершие люди. Причин их появления множество — проклятья, неправильные обряды, случайное стечение обстоятельств, безграничная вера умирающего или его неописуемо сильная воля к жизни.

— То-есть любой алкаш может сильно захотеть жить и станет личем?

— Теоретически да, но практически всё зависит от личных качеств человека при жизни. Если ты тюфяк и нюня, то твой максимум это серая тень на стене, которая появляется только в тёмное время суток. А если ты целеустремлённый, уверенный в себе мужик, воля которого — скала, а слово — кремень, то можешь стать гораздо круче Мефодича. К счастью такие ребята привязаны к своим ямам и сидят на одном месте.

— Ясно, — Антон слегка поморщился и осторожно потрогал ушибленный бок. — А нечисть что такое?

— Это исконные жители пекла. Их гораздо больше, а виды разнообразнее. Они то ли зарождаются в аду сами, то ли постепенно вырастают из нежити, то ли являются побочным продуктом жизнедеятельности человека, то ли они падшие небесные ангелы. Тут мнения теологов разделились. Но это всего-лишь теории, сами нечистые не спешат предоставлять сведения и доказательства, а мы можем лишь гадать. Точно известно, что люди для них пища, а ад они покидают ненадолго и это стоит им уйму сил. Однако нечисть усердно учится и уже имеется множество прецедентов их обитания в реале.

— Как прорыв в моём доме?

— Вроде того. Ещё одержимость — захват человеческого тела, но это долгое и муторное дело и не каждому демону по плечу.

— Так зачем нечисть за мной охотится?

— Ну… — я медленно обошёл стол, уселся в своё кресло, вынул глок и принялся не спеша его разбирать и чистить. Это позволяет лучше сосредоточиться. — Давай поразмышляем… Обычно они гоняются за мечеными или проклятыми. Ты когда-нибудь убивал? Я имею в виду по долгу службы или на войне?

— Слава Богу не приходилось, — выдохнул Антон.

— Вот и твоя аура это подтверждает. На ней нет никаких тёмных отметок. Причём даже слабых. Похоже грехов за тобой не водится.

— Я святой? — осклабился Антон.

— Нет. Светлых пятен в тебе тоже нет. Ты не плохой и не хороший.

— Среднестатистический человечек?

— И снова нет, — покачал я головой. — У любого человека есть свои взлёты и падения. Слабости и пороки, хорошие поступки и благодеяния — светлые и тёмные полосы. Наконец, чёрные метки оставленные кем-то или чем-то. Ну или хотя бы следы от них. Даже простая прогулка по «яме» может оставлять пятна на ауре. В общем, должно быть что-то, по чему нечисть тебя находит. Что-то отчётливо видимое в аду. Сияющее. Иначе демоны не отличат тебя от других пчёл. Один мой рогатый друг даже предположил что ты мессия, явившийся в мир во второй раз. А у тебя аура серая. Не однотонная, в ней есть шероховатости и прожилки, но серая.