— Мне нельзя, алкоголь ослабляет ментальные барьеры.

— И что?

— И меня начинают видеть…

— А… — он глотнул из своей стопки, постоял немного и, махнув рукой, влил в себя и ту, что наливал мне. На его лице быстро сменяясь промелькнули гримасы, словно он опять пережил все недавние события. — Так я теперь это… здоров?

— Почти. Опухоль никуда не делась, но причина её вызвавшая устранена. За пару недель всё рассосётся, может пару месяцев. От организма зависит.

— Понятно.

— Проверишься в клинике, тогда и заплатишь, — добавил я, на корню пресекая возможные разговоры о «разводах» и «кидании лохов».

— О чём базар, братан?

Бобёр опрокинул ещё одну рюмку и, совершенно не опьянев, направился к широкому шкафу во всю стену кабинета. Открыл дверцу, за ней обнаружился большой сейф. Авторитет поколдовал над ним, вскрыл бронированную заслонку и принялся таскать к столику пачки сто долларовых купюр.

На прозрачной столешнице выросли две башенки по десять пачек — двести тысяч. Что-то вспомнив, клиент небрежно положил сверху ещё пять пачек. По десятке за каждый выстрел. Заплатил даже за тот, которым я ухлопал слона.

— Я своё слово держу, — бросая последнюю из пяти упаковок заявил авторитет.

— Не сомневаюсь. Просто обычно клиенты думают, что я их загипнотизировал.

— Ну я же не фраер, — усмехнулся Бобёр. — Глюки от реала отличаю.

— Приятно иметь дело с понимающим человеком.

— Так что? Значит мы болеем потому, что к нам при… присасываются такие уроды?

— Не всегда. Часто люди болеют просто потому, что болеют, — встаю с кресла и принимаюсь перекладывать деньги в саквояж. — И тогда я не могу помочь. Я не врач.

— А как они цепляются? — после очередной накладки с маской, в клиентах просыпается интерес к моей работе. Многим хочется узнать как избежать подобных «заболеваний» в будущем. Это понятно и я не отказываю в ответах, до определённой степени, понятное дело.

— Плохие места, проклятия, нарушенные или неправильные обряды, — неопределённо пожимаю плечами. — Ну и грехи, наверное.

— Проклятья? — сразу вычленил нужное слово Бобёр. — То-есть можно подсадить такую гадость специально? Ты так умеешь?

Типаж авторитета понятен — такие люди из всего стараются извлечь выгоду. Дальнейшее развитие разговора мне тоже известно — будет вербовать. Но ничего не выйдет, чёрта с два ему, и не таких обламывали. Все возможные доводы я давно слышал и на каждый уже придумал сотню вразумительных отказов. На крайний случай есть Павел Семёнович, он уж точно у любого отобьёт охоту нанять меня для грязных делишек.

— Предположим умею, — в упор гляжу на Бобра, чтобы он точно уверился, прочитав на моём лице: «Умею не сомневайся». — Где мы по твоему только что были?