Было ли мне страшно? Скорее да, чем нет. Но страх этот был не столько от того, что девочки могут поубивать друг друга, а сколько от того, что когда я расскажу им действительно всё, они во мне разочаруются. Ясула тоже ждёт сюрприз. Потому что сегодня откроется не только её тайна, но и они обе узнают мои.

Не знаю, какой силы воли мне хватило, чтобы решиться на такой шаг, но вечно скрывать было еще хуже.

— Алиса, Ясула, — я подвинулся, пропуская двух моих любимых женщин вперед.

Сам галантно придержал перед ними дверь, пытаясь скрыть легкую нервную дрожь и проснувшийся мандраж. Закралась позорная мысль открутить все назад, но, сцепив зубы, я заставил себя войти следом и плотно закрыть за собой укреплённое металлом и магией полотно.

Алиса, после занятий с паладинами, была слегка разгорячена. Все-таки многое приходилось показывать лично, используя приемы работы с магическим источником для усиления тела. Поэтому на щеках ее присутствовал легкий румянец, а глаза, несмотря на усталость, задорно поблескивали. Нравилось ей работать с молодежью, и как преподаватель она была хороша, похоже, найдя для себя второе призвание помимо службы в Легионе.

Ясула тоже была слегка взволнована, хотя умело этого скрывала, продолжая играть роль скромной горожанки.

Дождавшись, когда они сядут на заранее расставленные подальше друг от друга стулья, я сам присел на третий, равноудалённый от каждой из них. Собравшись с духом, произнес:

— Алиса, ты моя жена. Ясула, ты моя будущая жена. Можно сказать, что мы уже семья, а какие-либо тайны между членами семьи я считаю неправильными. Поэтому, Алиса, я хотел бы сказать тебе одну вещь, которая касается Ясулы.

Боевая магичка немного напряглась, слушая мое сумбурное вступление, перевела взгляд, сначала, с меня на скромно потупившую взгляд женщину, затем снова вернулась ко мне. А я, вновь сделав глубокий вдох, продолжил:

— Сразу скажу, тебе это может не понравиться, но, пожалуйста, не делай скоропалительных выводов и постарайся держать себя в руках. То, что ты сейчас услышишь, может тебя отчасти шокировать, отчасти разозлить, но я хочу сказать, что не все так страшно, как может показаться.

— Вольдемар! — не выдержав, долгого вступления, воскликнула Алиса, — да что ты всё тянешь? Что у вас такого страшного произошло? Говори уже быстрее, иначе я сейчас себе напридумываю не весь чего!

Я натянуто улыбнулся, пытаясь вновь подобрать слова, как помягче донести известие, что купечесная вдова не та, за кого себя выдаёт, чтобы не вызвать слишком бурной реакции, но Ясула меня опередила.