— Что ж, хм, дайте припомнить детали. — Горрон будто призадумался. — Помнится, когда ваши девочки одевались, то рыженькая… Исбель, кажется, да?.. Она переговаривалась с подругами насчет того, что ее недавно одарил серебряными даренами некий богатый купец из Глеофии.

— Да, был один такой, — сводница нахмурила брови. — Но о даренах я не знала.

— И девушки переговаривались, — продолжил Горрон, — насчет того, чтобы с этими даренами отправиться в город Гроаг, где у Исбель, кажется, был друг. Предположу, что они воплотили задуманное, потому к вам и не вернулись…

— Ах, змеюки! — Толстая сводница всплеснула руками. — Да, у меня раньше работал Дрон из Гроага, которого я вонючими тряпками погнала прочь за то, что девок моих использовал! Вот они что удумали — к любовничку метнуться! Думают, в Гроаге им платить будут больше… Через сады, значит, сбежали! И после всего, что я для них, лентяек, сделала? Шлюхи — они во всем шлюхи! Человеческого от них ждать не стоит!

— Вам еще что-то нужно от нас? — поднял брови Донталь.

— Нет, уважаемые господа! Простите меня и хорошей вам дороги! — рявкнула сводница и с перекошенным лицом развернулась и удалилась в бордель, подсчитывая убытки. Возможно, она даже подумывала о вынашивании плана мести.

Наблюдая за происходящим, Уиль­ям испытал целую бурю из чувств по отношению к находчивому герцогу — от восхищения до отвращения. Да, так ловко выпутаться при всех, не потеряв лица! Так умело использовать чужую память! А ведь он узнал из крови той темноволосой девицы примерно то же самое, но у него и мысли не возникло о такой возможности.

Отряд покинул Старый Бреабат. Широкий тракт вел всех дальше. Глеоф был равнинным королевством, поэтому гости из Солрагского графства видели лишь сухую траву да поросль мелких кустарников. Впрочем, ближе к вечеру стали попадаться отдельно стоящие деревья, затем околки, и уже к ночи они пересекли небольшую опушку березового светлого леса и подошли к небольшому городку Гроагу (тому самому, о котором упоминал герцог в разговоре со сводницей).

Уиль­ям спустился с кобылы, заковылял в сторону постоялого двора, таща на себе седельные сумы. Ему вслед глядели граф и герцог, и стоило их подопечному пропасть в проеме двухэтажного здания, как первый вполголоса заметил:

— Та двусмысленная беседа прошлой ночью была лишней.

— Ты и из конюшен все услышал, да? Как же тебе живется, друг мой, с таким острым слухом? — улыбнулся лукаво герцог. — Ты знаешь, чего я добиваюсь.

— Знаю. Однако я уже принял решение. — Граф холодно взглянул на родственника, но тот лишь пожал плечами.