— Любите вы поглумиться над сирыми и убогими, мой друг, — со вздохом покачал головой Филипп, сдерживая улыбку.

Герцог в ответ потер ладони и громко, от души расхохотался. У него было столь живое лицо, не в пример старому графу, у которого оно оживало, пожалуй, только в порывах редких чувств. А вот герцог дышал жизнью, лукавством, авантюризмом! Поневоле Уиль­ям проникся к нему симпатией, желая разузнать об этом невероятно древнем вампире как можно больше.

Отряд тоже с интересом наблюдал за беседующими на неизвестном языке господами. И каждый отдал бы что угодно (правда, не свое), чтобы разузнать, о чем же идет речь. Уж настолько радостным выглядел Горрон де Донталь.

— Я просто очень люблю жизнь, во всех ее проявлениях. И вам советую! А с таким серьезным подходом долго не протянуть, — наконец отшутился герцог, вдоволь насмеявшись.

— Что ни мнемоники, то сплошь остряки либо безумцы. А чаще и то и другое, — проворчал Филипп.

— Что есть, то есть! — согласился Донталь, распаленно сверкая синими глазами.

— Мнемоники? Вы что, тоже можете видеть воспоминания, как и я? — удивился Уиль­ям.

— Да. Мы с вами прокляты одним умением. Ну, по крайней мере, некоторые вампиры называют это не иначе как проклятием, — усмехнулся герцог.

— Но почему?

— Не каждый волк захочет видеть и чувствовать то, чем жила и дышала каждая съеденная им овца. — Герцог приложил руку к бровям и вгляделся вдаль. — К слову об овцах… А вот и Старый Бреабат! Как говорил Филипп, в городе нам нужно будет подготовить вас к предстоящему обряду па­мяти.

Старый Бреабат находился уже в королевстве Глеоф.

Внушительный постоялый двор с тридцатью комнатами, огромная таверна и примерно с сотню жилых домов — этот город, как и Корвунт, расцвел благодаря расположению на торговом пути. Довольно скоро все гвардейцы отправились сытно поужинать. К тому же повод для бурного празднества вполне себе имелся… В таверне пропал и переодевшийся сэр Рэй, который хоть и мог спать в чистом поле, подложив под голову одно седло, но все-таки больше тяготел к вкусной еде, крепкой выпивке и нормальной кровати.

Уиль­ям кое-как ковылял за управляющим постоялым двором. Когда его запустили в комнату, вместо вещей капитана, пропитанных потом и железом, он обнаружил герцога Донталя, а также его помощников.

— Господин Донталь? — удивился он. — Почему меня разместили не с сэром Рэем, как обычно?

— Видите ли, — услужливо ответил ему Горрон, — я собираюсь плотно поужинать вместе со своими слугами. Поговорив с Филиппом, мы приняли решение пригласить вас на эту восхитительную трапезу.