— Всё в порядке, — ответил я, шагнув вперёд. — Здесь твой вины нет.
Потому что я понимал, что он чувствовал. Сам я испытывал то же самое, встречаясь взглядом Иным. И это я, человек, который уже встречался с ней, а что говорить про Зериса и Грога, которые, возможно, увидели её в первый раз. Увидели и ощутили, как сознание начинает разрываться, вытаскивая наружу один из самых естественных инстинктов человека — борьбу за свою жизнь.
Вместе с Грогом мы обошли воронку во кругу, приблизившись к разрушенному зданию. Я ошибся в масштабах разрушения. От взрыва было уничтожено практически две трети постройки. То, что сейчас перед нами стояло, было не более чем руинами, грудами разрушенных плит и блоков, которые валялись кучей, закрывая собой вход.
Взглядом, я пытался зацепиться за любое подозрительное движение, водя стволом по округе, когда Грог окликнул меня.
— Элиадирас, это оно?
Я подошёл к нему, взглянув на край кратера, где растекалась бесформенная клякса. Не знаю, с чем это связано, с тем, что оно мертво, или потому что теперь это существо не могло воздействовать на наш мозг, или может просто потому, что потеряло свою пугающую форму, но я не чувствовал ничего кроме отвращения.
Это было… как клякса, да. Тысячи червей, — это ближайшее описание, которое я мог дать тому, что вижу, — странного неописуемого цвета, которые переплетались, словно волокна мышц, когда-то образуя форму твари. Но сейчас они растекались, разваливались, выпуская в воздух смрадные облака с фиолетовым оттенком. Среди этого месива я мог разглядеть красные шарики, которые напоминали чем-то глазные яблоки.
Но больше всего меня привлёк пульсирующий комок в самом центре. Размером с младенца, оно медленно сжималось и разжималось, словно бьющееся сердце, лежа в центре этой кляксы.
— Оно живо? — тихо спросил Грог.
— Я не знаю, но если даже так, то это не надолго, — ответил я, вскидывая винтовку…
И в этот момент в этом чёрном сердце, как уголёк в пепле, засветилась кровавая точка. Я не знаю, что это было, но оно точно смотрела в этот момент на нас. Я почувствовал взгляд физически, буквально ощутил его на себе, словно моё тело обвивают эти самые «черви», пытаясь сплавиться с кожей. Помимо моей воли из моего рта вырвался крик, когда сознание начало разбиваться, словно я растройнялся, расчетвернялся, глядя на него под разными углами.
И сам не заметил того, как мои руки взметнулись вверх, подняв на месте кляксы огненный столб кроваво-чёрного пламени хаоса. Он ревел, как ревел сейчас я во всё горло. По его краям кипела вода и краснел камень. На это я потратил львиную часть своих сил, и когда мои руки опустились, я дышал так, будто пробежал несколько километров без остановок в полной разгрузке. Сердце стучало где-то в висках.