Я даже не представляю, как Катэрия собиралась сообщить радостную новость Алианетте. Как тут ни выкручивай, это будет выглядеть так, будто Катэрия увела из-под носа меня, пока та лежала в отключке. Неловкая ситуация, и я рад, что не мне предстояло объясняться перед ней.
Но всё было бы так просто для меня, если бы не сложно.
Катэрия просидела в палате около получаса, когда я обратил внимание, что справа открылись двери лифта и оттуда вышла группа людей. Именно их количество и привлекло моё внимание. А потом я пригляделся и узнал незваных гостей, которых я видеть сейчас хотел меньше всего.
— Придержи детей, — сказал я одному охраннику, встав со скамейки и направившись навстречу ещё одному ублюдку, от которого я бы избавился, не будь он отцом Катэрии.
Джеферсон Голд узнал меня, его лицо скривилось, как бы он ни пытался скрыть этого. Его сопровождало так же десять человек. Такое ощущение, что десять телохранителей считалось золотой серединой. Их столько что у меня, что у целителя, что сейчас у этого подонка.
Мы встретились в нескольких метрах от двери в палату Алианетты. Это была стенка на стенку.
Я и Джеферсон стояли впереди лицом друг к другу в то время, как за нашими спинами выстроилась наша охрана, по виду готовые пустить в ход свои пси-силы, едва это понадобится. И возможно, преимущество в этом сражении будет за мной, так как мои люди все поголовно были бывшими военными с опытом, солдаты, которые сражались и не боялись крови, прошедшие школу войны.
— Грант Роковски, — негромко произнёс он, намерено назвав меня по старой фамилии, тем самым тыкнув на моё происхождение.
— Джеферсон Голд, — ответил я, показательно окинув его взглядом. — Мы давно не виделись. Я всё хотел поблагодарить вас за ту ПЗРК «Клюв», но времени не представилось.
Его лицо скривилось.
— Не понимаю, о чём ты.
И обращается на «ты». Сказал бы, что меня это как-то задело, но на деле мне наплевать.
— Без разницы. Чего вы хотите?
— Не тебе у меня спрашивать, чего я хочу, парень, — ответил он. Наши люди напряглись. От такого сосредоточения пси-силы даже дети проснулись. — Я здесь, чтобы забрать мою младшую дочь домой, где ей и место, поэтому отойди в сторону по-хорошему.
Он было попытался пройти мимо меня, но я преградил ему путь.
— Она останется здесь, — отрезал я.
— Ты мне не будешь указывать, что мне делать со своей дочерью, а что нет, — прищурился он, пытаясь запугать меня своим угрожающим видом. С таким успехом ему только детей пугать.
— Едва исцелили, уже пришли забрать её? Не видел, чтобы вы так же рьяно пытались поставить её на ноги. Она останется здесь, пока врач не разрешит покинуть Алианетте больницу, и она не выскажет желание отправиться с вами.