— Керо? — Калед наконец-то поднял на меня глаза, и что-то в нем дрогнуло. — Ты пришел… Ты поможешь?

— Ага, — кивнул я и, не дожидаясь приглашения, двинулся к ним. — Расскажете, что тут было?

И они рассказали. По-видимому, эти двое царственных особ были настолько выбиты из колеи произошедшим, что, забыв о своем статусе, просто, по-человечески, захотели выговориться. А может, общее состояние разрухи и падения королевства в пропасть повлияло… По мере их рассказа я пару раз удивленно хмыкнул, Хаггард же позволил себе небольшую ремарку. «Я же говорил, по живо-о-ому…» — протянул он.

Рука Мико, все еще державшая мою, то сжималась, то разжималась, и даже слезинка показалась в уголке глаза. Кажется, растрогала её чужая история странной любви.

— И что вы думаете над его предложением? — спросил я у принцессы. К Каледу даже не обращался — судя по его виду, власть уже сменилась.

Таэнис, услышав мой вопрос, словно очнулась. Она выпрямилась, её пальцы впились в складки платья. Глаза, еще секунду назад растерянные и влажные, застыли, как два куска льда. Она посмотрела не на отца, а прямо на меня.

— Менять меня на долги? — ее голос прозвучал резко, отчеканивая каждое слово. — Я — принцесса Лунного Света, кровь от крови правителей, которые строили это королевство веками. Если я стану платой за спасение, спасения не будет. Народ увидит не героиню, а жалкую разменную монету. Как тогда они будут верить в корону, в династию, в то, что мы заслуживаем править?

Она резко повернулась к Каледу:

— Отец, ты сам учил меня: уважение к трону держится не только на силе меча, но и на чести того, кто на нем сидит. Согнуться сейчас — значит потерять последнее!

— Да и… Люди часто бывают глупыми, но подоплеку чувствуют хорошо. Пусть не сразу, но начнут расползаться слухи, и они вспыхнут, когда ситуация наладится. — Ее взгляд вернулся ко мне, — Разве сложно связать, что король отказывается от власти в пользу дочери, сразу свадьба новой королевы, и мгновенная смена порядков, удивительно похожая на те, что происходят в землях, подконтрольных «муженьку»? Если не сейчас, то через одно-два поколения благополучной жизни люди вспомнят и закидают камнями наших потомков. Стоит отдать власть под давлением тирану один раз, и сильные адепты через сотню лет решат — а чем мы хуже?

Сейчас, глядя на принцессу, и видя в ее глазах тот же стальной блеск, что был и у Хельды, я понимал — Трору, если он действительно так ее любит, и все срастется, придется приложить немало усилий, чтобы не оказаться под каблуком.

— Керо, — вдруг подал голос Калед, — те артефакты, что ты умеешь делать… Они смогут прокормить всех?