Все сразу приободрились — ключ готов, а значит, полдела сделано! Осталось лишь забрать заслуженный приз! И в хорошем расположении духа, все вместе, пошли ко входу в гробницу. Близкая цель и приподнятое настроение сделали свое дело — трудностей перемещения по песку мы почти не ощущали, двигаясь легче и быстрее.
Тут нашу веселую болтовню прервал крик, с трудом различимый из-за воя ветра: «Небо!»
Все начали озираться, а Чоулинь указал нам за спину:
— Трое летят сюда! Быстро приближаются!
Обернувшись, я увидел троих приближающихся адептов. Нет, даже четверых — один из них в руках у другого. Черт, как они близко — а я до сих пор их даже не чувствую. Кроме давления гробницы, других ощущений нет. Весь наш отряд был слеп в энергетическом плане, слишком тут густой фон. Глух из-за слишком сильного ветра. А гребанный песок периодически застилал обзор, и постоянно скрипел на зубах.
Сквозь песок я видел их приближение. Три фигуры, неумолимо рассекающие песчаную бурю, и четвертая, которую держал в руках Люциан. Это был Ли. Его лицо, изуродованное паутиной татуировок, светилось довольной улыбкой; его торжество чувствовалось даже на расстоянии. Другие двое — седой длинноволосый старик и женщина, на вид лет сорока, — излучали мощную силу пятой стадии. Только сейчас, когда они приземлились, я смог её почувствовать.
А приземлились они в метрах двадцати, подняв вихрь песка. Люциан швырнул Ли на землю, как пустой мешок. Тот поднялся, хмыкнул, отряхнулся с театральной небрежностью. Его взгляд уставился на Люциана:
— Что за маленькая подлая месть? Извинись, червь, и целуй мои ноги.
Люциан припал к его ногам, стал молить о прощении и действительно начал целовать его ноги. Что за хрень тут происходит… Ли ведь по ощущениям гораздо слабее, начало стадии ядра…
«О-хо-хо… Какая сцена… Печать подчинения… Ни один демон добровольно её не примет… Дебилы, так ведь у вас говорят?» — раздался комментарий в сознании.
«Что за печать подчинения?» — спросил я у Клыка, напитывая каналы ци. Пока Люциан еще ползает у ног Ли, я готовился к бою.
«Одна из татуировок, неразрывно связывающая слугу и господина. Её наносят только клятвопреступникам и только если они несут ценность. Эти знания запретны вне императорской семьи…»
— Какая трогательная встреча! — Ли наконец-то обратился к нам, перестав пинать Люциана и позволив ему спокойно целовать ноги. — Гу Лун, учитель… А я искал тебя, спрашивал о тебе твоих знакомых в городе Пламенной птицы, долго спрашивал, вдумчиво… а ты сам пришел ко мне в руки. Хорошо…
Все в нашем отряде достали оружие и готовы были в любой момент броситься в бой. Однако делать это сходу никто не решался. Ауры врагов подавляли. Я уже примерно оценил их силы — старик и женщина были в начале пятой стадии, а кругов было шесть и пять. Слабее Люциана, намного слабее. Но сильнее любого из нашего отряда, кроме меня: среди северян был один адепт пятой стадии и двое среди мастеров школы Белого Тигра.