Он поднялся, давая знак Витте, что доклад окончен, и прошёлся по кабинету, заложив руки за спину. За окнами, в серой декабрьской мгле, за снежной пеленой, угадывались контуры города, который когда-то был столицей империи, а теперь становился штабом великой перестройки.

— Сергей Юльевич, — произнёс он наконец, — вы нарисовали мне ясную картину. Я благодарен вам. Теперь слушайте, что я думаю по этому поводу. Первое. Питейный акциз мы не отменим, но структуру его изменим. Я хочу ускорить введение государственной винной монополии. Продажа спиртного должна стать исключительно казённым делом. Это даст нам, по вашим же прикидкам, дополнительно до двухсот миллионов в год. Но одновременно с этим мы начнём ужесточать контроль за качеством и постепенно снижать градус народного пьянства, не проповедями, а экономическими мерами: повышением цены на крепкое спиртное и понижением на слабое, расширением сети чайных и столовых, борьбой с подпольным производством. Я не хочу, чтобы моя казна держалась только на водке. Это позор для государства, и мы должны из этого позора постепенно выходить.

Витте, записывавший за государем в свою неизменную книжечку, поднял бровь, но ничего не сказал. Он и сам понимал, что питейный доход это палка о двух концах, и то, что император осознаёт проблему, было хорошим знаком.

— Второе, — продолжил Кирилл. — Подушная подать должна быть отменена. Не завтра, но в течение ближайших пяти лет. Взамен её мы введём подоходный налог, начав с богатых сословий и постепенно распространяя его на всех, кто получает доход выше определённого уровня. Я понимаю, что это встретит сопротивление. Наплевать. Те, кто имеет доходы, должны делиться с государством, которое эти доходы защищает. Это не социализм, Сергей Юльевич, это просто здравый смысл. Кроме того, нужно пересмотреть промысловый налог. Он должен стать прогрессивным: мелкие лавочники и кустари пусть платят меньше, крупные фабриканты больше. Не разорительно, но ощутимо.

— Третье — таможня. Здесь вы лучше меня знаете, что делать. Но общее направление таково: сохранять протекционизм для развивающихся отраслей, но не душить им те сектора, которые уже встали на ноги. Если наш завод производит рельсы не хуже немецких и по сравнимой цене, зачем нам ограждать его от конкуренции? Пусть конкурирует. Это заставит его снижать издержки и повышать качество. А вот там, где мы ещё слабы, точное машиностроение, оптика, химия, там пошлины должны быть высокими. И одновременно с этим мы должны стимулировать иностранцев строить заводы у нас, а не ввозить готовую продукцию. Вы упомянули это как ловушку, я вижу в этом, напротив, возможность. Пусть приходят со своими капиталами и технологиями. Земли у нас много. Рабочих рук тоже. Условия создадим лишь бы строили.